— Тай, я знаю, что ты в тайне влюблен в меня, но вместо игрушки мог бы купить цветы, — потом он замер, внимательно рассматривая игрушку, и прошептал: — Я часто представлял, как мне на встречу бежит маленькая рыжеволосая девочка. Она зовет меня папой, а в ее руках точно такой заяц. Это странно, да?
Тайсон опустил глаза и протянул мне игрушку.
— Этот заяц стояла рядом с дверью, Лин, — тихо пробормотал брат. — Это тебе, я полагаю.
Он протянул мне желтый конверт, подписанный все тем же красивым почерком. В конверте было всего одно фото. В моей спальне сидит мама. Она держит меня на руках. Выглядит счастливой и здоровой. Но даже не это было главным на фото. В углу детской кроватки сидел этот самый заяц. Я обняла игрушку и закрыла глаза. Значит, загадки не закончились. Кто-то следит за каждым моим шагом. Кто же ты, мой загадочный ангел-хранитель?
***
Отправив всех в Калгари, я радовалась тому, что мне больше не нужно было прятаться. Дилан быстро поправлялся, а я настояла на том, чтобы жить с ним в одной палате. Деньги по-прежнему делают все, а Тернер их очень любит. Потому днем, когда Дилан спал, я уходила на улицу и спокойно прогуливалась по магазинам. Хотелось снова почувствовать себя женщиной, которая радуется новому платью или помаде, что модная в этом сезоне.
Сегодня был особенный день. Я привела в больницу представителя мэрии. Дилан смотрел на него с опаской, но, когда увидел мой веселый взгляд, успокоился. Тучный мужчина получил хорошую сумму за то, чтобы никогда не вспоминать о том, где он побывал сегодня. Я открыла сумочку и достала два обручальных кольца, протягивая их Саммерсу. Он прыснул от смеха и закрыл глаза.
— Всегда думал, что это должен сделать я. Но я согласен стать твоим мужем.
Представитель мэрии зарегистрировал наш брак и, оглядываясь по сторонам, вышел из здания клиники, куда мы никогда не вернемся. Я закрыла дверь и провернула ключ в замке.
Прошло уже три недели с тех пор, как уехала наша семья. Я взглянула на зайца, который был моим целых 26 лет и, развернув его мордой к стене, пригрозила пальцем.
— И не вздумай подглядывать, — прошептала плюшевому другу.
Дилан не улыбался, он смотрел на меня своими синими, как небо глазами и тяжело дышал. Я повернулась к нему спиной и он, потянув за молнию, расстегнул мое платье. Оно упало на пол, и я повернулась. Мой муж тяжело сглотнул, и резко дернув меня за руку, буквально усадил на сильно возбужденную плоть. Это был наш первый раз, после того, что случилось в порту.
Я наслаждалась его теплом, медленно опуская и поднимаясь. Не прошло и пяти минут, как мы оба вскрикнули и задрожали. Но Дилан не собирался останавливаться. Я сидела на нем, развернувшись спиной, и вскрикивала каждый раз, когда он мощно входил в меня. Вцепившись в перила кровати, я почувствовала, как дрожит мое тело.
— Не сдерживай себя, если хочешь кричать, сделай это. Пусть слышит каждый, — хрипло прошептал муж.
И я действительно кричала и стонала так сильно, что казалось, сердце не выдержит такого напора и выпрыгнет из груди.
***
Через два дня мы вернулись в Калгари. В этот раз мы добрались на такси. Выгрузив из багажника вещи и расплатившись с водителем, мы минут десять смотрели на дом. В Калгари было холодно. Кутаясь в теплую куртку, я держала за руку мужа. Мы вошли в дом и увидели тех, кто был нашей семьей. Семья — это не те люди, что связанны с тобой кровью. Семья — это те, кто рядом и в боли, и в радости. Все бросились к нам, в комнате стало шумно. Я обернулась и посмотрела на камин. Наконец-то я дома! Все закончилось!
Мы сидели на кухне и пили ягодный чай. Я рассказала о том, что теперь являюсь официальной супругой мистера Саммерса, гордо показывая свое кольцо. Лора сидела на руках Фила, а Найт обнимал Мишель. И в этот момент, мы увидели, как над комнатой Тони, который перебрался в дом со всеми остальными, загорелись лампочки красного цвета. По всему дому звучал неприятный звук, похожий на короткие сигналы сирены. Все рванули в комнату нашего гения, куда он успел перетащить оборудование.
Десятки мониторов мигали и Тони, заламывая руки, пытался закрыть кому-то доступ к нашей базе данных.