Кирилл, шагая впереди, обернулся и бросил короткое:
— Не нойте. Идите тихо.
Антонио кивнул, стараясь дышать ровно. Он понял одно: сегодня будет ещё один сложный день.
Антонио, Петя и Кирилл начали осторожное движение вперёд. Петя, как самый опытный из троицы, шёл первым, пристально вглядываясь в туман и стараясь предугадать любую опасность. Антонио, занимавший место в середине, чувствовал себя неуютно: каждый шорох заставлял его напрягаться, а дыхание становилось чаще. Кирилл замыкал группу, и его спокойствие казалось непоколебимым.
— Не торопись, Петя, — прошептал Кирилл, глядя на спину товарища. — Помни, что здесь никто нас не ждёт с гостеприимством.
— Да знаю я, — отозвался Петя, не оборачиваясь. Его голос звучал хрипло, словно он сдерживал собственный страх. — Просто хочется побыстрее закончить это дело.
Антонио нервно поправил ремень рюкзака.
— А если они снова нападут? — спросил он, вспоминая крысиный кошмар в туннеле.
— Тогда будем отбиваться, как всегда, — ответил Кирилл, не сбавляя шага. — У тебя теперь опыт есть, не бойся.
— Легко сказать, — буркнул Антонио, но вслух ничего больше не добавил.
Они двигались вдоль разрушенных зданий, каждое из которых казалось пустым, но Антонио чувствовал их мрачное присутствие. Казалось, что за каждым выбитым окном кто-то наблюдает.
— Антонио, смотри под ноги, — негромко сказал Петя, остановившись на мгновение. — Тут полно всякого хлама, можешь споткнуться.
— Да, да… понял, — пробормотал Антонио, сосредоточив взгляд на земле.
Проходя мимо очередного обломка стены, Кирилл вдруг замер и поднял руку, давая знак остановиться.
— Что такое? — прошептал Петя, оборачиваясь.
Кирилл внимательно вглядывался в развалины впереди.
— Там… что-то движется, — произнёс он медленно, вытаскивая нож.
Антонио почувствовал, как сердце сжимается в груди.
— Опять эти крысы? — спросил он сдавленно.
— Тихо, — коротко ответил Кирилл, делая несколько шагов вперёд.
Из-за обломков вдруг выскочило маленькое существо, покрытое грязью и шерстью. Антонио невольно вскрикнул, но Петя быстро успокоил его:
— Это просто кролик!
— Кролик? — Антонио облегчённо выдохнул. — Он не выглядит как монстр.
— Значит, ещё не стал, — заметил Кирилл, убирая нож. — Но долго тут задерживаться не будем.
С каждым шагом тишина вокруг становилась всё гнетущей. Даже лёгкий ветер, гулявший между руинами, не приносил облегчения.
— Вот так мы и собираем ресурсы, — саркастично произнёс Петя, поднимая с земли кусок металлической трубы. — В страхе за свою шкуру.
— Иначе никак, — ответил Кирилл. — Хочешь жить — учись бояться правильно.
Антонио ничего не сказал, лишь крепче сжал фонарь в руке. Впереди их явно ждало что-то куда более серьёзное, чем заблудившийся кролик.
Они двигались вперёд, шаг за шагом, стараясь не издавать лишнего шума. Петя, шедший впереди, постоянно оглядывался, проверяя, что ничего опасного не притаилась позади. Кирилл замыкал колонну, пристально следя за каждым подозрительным движением в тени. Антонио шёл между ними, чувствуя себя словно на натянутом канате: страх и адреналин смешивались в его сознании, заставляя напрягаться ещё сильнее.
Глава 8. Тишина, что пугает.
Вокруг царила странная тишина, но её иногда нарушали резкие звуки: то где-то обрушится кусок кирпичной кладки, то порыв ветра шуршит оставшимися обрывками ткани на старых зданиях.
— Слышали? — прошептал Антонио, остановившись и озираясь.
— Что? — Петя повернулся, его взгляд стал острым, как нож.
— Вон там... что-то скрипнуло, — он кивнул в сторону полуразрушенной арки.
Кирилл шагнул вперёд и прислушался, глядя в указанном направлении.
— Это просто ветер, — произнёс он, хотя голос его звучал напряжённо. — Или крыса, если повезёт.
— Если повезёт, — хмыкнул Петя. — Ты бы ещё сказал, что это привет от старых жильцов.
Антонио попытался улыбнуться, но это вышло натянуто.
— Шутки шутками, но мне кажется, мы здесь не одни, — пробормотал он, вглядываясь в туман, который словно сгущался вокруг них.
— Мы никогда не одни, — тихо ответил Кирилл, сжимая в руке металлическую трубу, которую он прихватил раньше. — Просто будь готов ко всему.
Они продолжили путь, а туман, казалось, становился гуще. Каждый шаг отдавался эхом, которое словно становилось громче с каждым повторением.
— Почему здесь так тихо? — спросил Антонио, стараясь контролировать голос, чтобы он не дрожал.