Антонио почувствовал, как его тело перестало реагировать. Он упал на колени, но быстро поднялся. Они были живы, это было главное.
Антонио ощутил резкую боль в боку, когда одна из собак вцепилась в него, разрывая ткань его одежды и вонзая зубы в мясо. Он едва успел схватиться за рану, но кровь уже потекла, окрашивая его пальцы в ярко-красный цвет. Боль была невыносимой, и он едва сдерживал крик.
— Чёрт! — вырвалось у него, когда он попытался встать, но ноги под ним предательски подогнулись.
— Антонио! — крикнул Петр, моментально бросившийся к нему. Он подхватил его под руку, пытаясь помочь подняться. Однако, его собственное тело дрожало от страха и напряжения, и он знал, что они не могут здесь долго оставаться.
— Пётр, держись, я…— Антонио попытался заговорить, но его голос звучал глухо, как если бы воздух был вытянут из его лёгких. Он почувствовал, как слабость захватывает его, и его голова закружилась. — "Я не смогу…"
— Ты сможешь, держись! — Кирилл, подбежавший с другой стороны, поддержал его. Его лицо было покрыто пылью и грязью, а глаза полны решимости. — "Ты не один, Антонио. Мы тебя не оставим!"
С каждым шагом боль усиливалась, но их руки не отпускали его. Он чувствовал, как они тащат его через туман, словно сквозь вязкую, почти непроходимую жидкость. Кровь продолжала стекать, его живот сжался от боли, и Антонио не мог понять, сколько времени они уже шли. Каждое движение казалось мучением, но он не мог позволить себе упасть. Не мог позволить себе показать слабость.
— Мы должны добраться до убежища, — произнёс Петр сквозь зубы, его дыхание было тяжёлым и прерывистым. Он оглянулся через плечо, чтобы удостовериться, что никакие новые угрозы не подкрадываются к ним.
— Далеко ещё? — спросил Антонио, едва сдерживая кашель, его голос был приглушён, а глаза всё темнели. Он знал, что если они не доберутся до безопасности, он не выживет.
— Не переживай, не отпустим, — ответил Кирилл, его глаза полны решимости. — Ты держись, мы почти там.
Каждый шаг давался всё труднее. Туман становился всё гуще, а воздух казался тяжёлым. Но в этих мучительных моментах Антонио старался сосредоточиться на чём-то другом, на своих друзьях рядом, которые тащили его. Он чувствовал их руки, поддерживающие его, слышал их дыхание, и это давало ему силы. Он вспоминал всё, что они пережили, всю эту борьбу, все вылазки и опасности, которые оставались за их спинами. Это было не просто выживание. Это было что-то большее. Их связь.
— Не могу больше, брат, — прошептал Петр, его лицо искажено усталостью. Он изо всех сил старался не показать, как ему тяжело, но Антонио мог видеть, как его руки дрожат. — Ты держись!
Сквозь туман, наконец показались контуры убежища. Оно было как светлый остров в этом океане разрушений. Антонио, несмотря на боль, пытался ускорить шаг, заставляя себя идти, хотя бы немного быстрее. Он знал, что времени было мало, что их могут настигнуть, что они не могут позволить себе не дойти.
— Всё будет хорошо, мы почти дома, — сказал Кирилл, его голос был уверенным, но Антонио знал, что это была больше попытка подбодрить их обоих, чем реальная уверенность.
Когда они, наконец, добежали до двери убежища, Петр оттолкнул её ногой, открывая дверь.
Антонио чувствовал, как кровь все сильнее пропитывает его одежду. Каждое движение приносило ужасную боль — острые, пронизывающие колющие ощущения, что-то, как раскалённые угли, что каждый раз, когда он пытался сделать шаг, снова вонзались в его тело. Он прижал ладонь к ране, стараясь хоть немного задержать кровотечение, но все равно кровь продолжала сочиться сквозь его пальцы.
— Антонио, держись! — Петр рычал, поднимая его под руку. Он не мог позволить себе паниковать, но его лицо было напряжено, глаза полны страха. Он оглядывался, слыша, как яростно залаяли собаки, и чувствовал, как их шаги всё ближе. Каждый момент мог стать последним.
— Не могу, Петр... Я не… не смогу… — его голос был слабым, и боль, которая проникала в каждую клеточку его тела, мешала ему собраться. В голове шумело, мысли путались. Он ощущал, как слабость стремительно охватывает его. Но Петр продолжал тянуть его за собой.
— Ты сможешь! Держись! Мы тебя не оставим!"— Петр схватил его крепче, в его голосе звучала отчаянная решимость. — "Тебе нужно дышать! Тебе нужно бороться! Они нас не настигнут!"
Антонио покачнулся, едва не падая, но смог сделать шаг. Под ногтями чувствовал землю, которая казалась такой тяжелой, словно она пыталась его поглотить. Он снова сжал рану, но кровотечение не останавливалось. Вместо того чтобы облегчить боль, он лишь чувствовал, как силы покидают его.