Лида вошла с подносом в руках. Она была спокойна, но Антонио заметил, что она снова немного нервничала — её движения были чуть быстрее, чем обычно, и в глазах не было прежнего безмятежного спокойствия. Антонио, лежа на кровати, заметил это сразу, хотя и сам не мог понять, что происходило в его голове. Моменты, когда Лида была рядом, становились всё более важными, и он ощущал в них какой-то скрытый смысл, которого раньше не замечал.
— Завтрак, — сказала она, ставя поднос на тумбочку. — Не знаю, понравится ли тебе это, но я постаралась сделать что-то питательное.
Антонио взглянул на поднос, и его глаза сразу упали на чашку с горячим чаем. Аромат разносился по комнате, наполняя её уютом и теплом. Это было тем, чего ему так не хватало в этот странный и непростой мир. Тихо поблагодарив Лиду, он взял ложку и начал есть, стараясь не торопиться, несмотря на то, что голод его терзал.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, внимательно следя за ним.
Он немного наклонил голову, не встречая её взгляда. Ответить было сложно. Он уже давно научился скрывать свои эмоции, но Лида всегда была слишком настойчивой. Она видела, что с ним что-то не так, даже если он старался это скрыть.
— Лучше, — произнёс он, пытаясь вернуть её внимание к обычному разговору, хотя голос его звучал немного напряжённо. — Просто устал, наверное, от всего этого.
Лида приподняла бровь и села на край кровати, её взгляд стал более настойчивым. Её рука непроизвольно потянулась к его ладони, а её пальцы едва ли коснулись его.
— Ты устал, а я... Я просто переживаю за тебя, — сказала она, её голос стал мягким, чуть туманным. — Ты мне не безразличен, Антонио.
Его сердце замерло на мгновение, и он отложил ложку, заставив себя не смотреть ей в глаза. Он не мог позволить себе поддаться этим чувствам. Он не мог позволить себе чувствовать то, что ощущал. Тем более, когда каждый день был борьбой за выживание.
— Спасибо, Лида, — тихо произнёс он, но в его голосе звучала какая-то боль. — Ты слишком добра ко мне. Ты не обязана этого делать.
Она не ответила сразу, но её глаза выдали её беспокойство. Время шло, и в тени каждого дня, в каждом моменте, она становилась всё важнее для него, но этот путь был таким сложным. Он не мог понять, что он должен с этим делать.
После завтрака Лида принесла обед. Это уже было привычкой: она приносила еду, сидела рядом, следила, чтобы он поел, но всегда оставалась с ним в тени молчания, как если бы сама не знала, что сказать.
— Как ты спал? — спросила она, когда Антонио снова начал есть. — Я думала, ты так и не уснёшь.
Антонио не мог объяснить, почему ему не удавалось уснуть в эти ночи. Его мысли были постоянно заняты Лидой и тем, что могло бы произойти, если бы он позволил себе больше, чем просто быть рядом с ней.
— Спал, как мог, — сказал он, всё так же избегая её взгляда. — Иногда бывают такие ночи, когда лучше не засыпать.
— Почему? — спросила Лида, и в её голосе вновь звучала та же забота. — Может, ты хочешь поговорить?
Он на мгновение замолчал, затем с лёгким вздохом отложил ложку и встретился с её глазами. Ему было тяжело не отвечать на её вопросы, но он боялся, что не выдержит, если скажет ей всё, что у него на душе.
— Я не могу сказать тебе всего, — сказал он наконец. — Просто поверь, это не твоя вина.
Лида по-прежнему не могла понять, что именно происходило в его голове, но она уже привыкла к его молчанию. Она просто сидела рядом, давая ему время и пространство.
К ужину снова пришла Лида. На этот раз её лицо было более решительным. Её шаги не были такими осторожными, и она пришла с более разнообразной едой. Её взгляд снова был немного тревожным, но уже не таким настороженным.
— Вот ужин, — сказала она, ставя поднос перед ним. — Я думала, ты будешь рад хотя бы чему-то вкусному.
Антонио взял ложку, но его взгляд вновь задержался на её лице. В этот момент он понял, что всё это не просто забота. Это было что-то большее. Он не знал, как это назвать, но он чувствовал это в воздухе.
— Ты очень заботишься обо мне, — сказал он, не отрывая взгляда от её лица. — Ты всегда рядом, и это… не знаю, почему, но это важно для меня.
Лида медленно кивнула, её взгляд стал мягче, и на лице появился лёгкий румянец.
— Я просто хочу, чтобы ты знал, что ты не один. Мы все в этом вместе, Антонио. И я не собираюсь оставлять тебя.