Я сидел, пил и чувствовал, что наша бесшабашная молодость летит к чему-то непонятному, совершенно другому. И не знал, как мне к этому относиться – бояться или радоваться.
Вышли мы из ресторанчика уже ближе к полуночи в хорошем подпитии и великолепном настроении. Вот тут-то нас и ждали как раз те душные, на которых показывал Рамиль.
Я первым получил по физиономии резким, но непрофессиональным размашистым ударом, отчего сразу оказался на булыжной мостовой. Из глаз брызнули слёзы, и я даже не почувствовал, как тонкий твёрдый нос чьей-то туфли со всего маху врезался мне в бок. Такому же неожиданному нападению подверглась вся наша четвёрка. Второго удара не последовало – я успел перехватить ногу и дёрнуть её на себя. Незнакомец поскользнулся и рухнул на землю, крепко ударившись головой об оловянную водосточную трубу. Я вскочил и со всего маху добавил ногой ему по голове, как по футбольному мячу. Мой нежданный враг, не шевелясь, лежал под трубой, а сверху на него текла дождевая вода.
Рамиль в это время показывал своему противнику уроки карате, которое профессионально изучал в течение многих лет. Сейчас он применил один из своих любимых приёмов, и хулиган распластался посреди улицы. Остальные трое бросились бежать, крича нам:
– Русские свиньи, оккупанты!
Вначале захотелось их догнать и окончательно объяснить, что к чему. Но Янка нас удержал:
– Ребята, я таких повёрнутых знаю, у них с башкой не всё в порядке!
Мы победили, но это не принесло нам никакого удовлетворения – была бы эта драка из-за женщины, а так – чёрт знает из-за чего! Потом мы привели в чувство этих горе-вояк и поставили перед выбором: пойти с нами выпить или получить ещё «банок». Они согласились на выпивку.
Следующим пристанищем было легендарное кафе «13 стульев» на Домской площади. Наших побеждённых звали Вилнис и Юргис. Они сидели, тесно прижавшись друг к дружке, и смотрели на нас непонимающим взглядом, ожидая, что же будет дальше.
Перед ними поставили по целому стакану водки, и Рамиль в приказном порядке, сверля их своим чёрным жёстким глазом, объявил: пить до дна, словно это был не стакан, а рог для вина с его родного Кавказа.
Мне даже стало их немного жаль – они были моложе нас лет на десять, и только боль ушибленного ребра не давала возможности быстро их простить. В них чувствовалась закалка предков – морщась, не переводя дыхания, они одновременно выпили до дна. Рамиль на этом не остановился и заказал им ещё по стакану, а нам – по пятьдесят грамм водки. У парней была безвыходная ситуация, и они снова выпили до дна. Потом Рамиль негромко сказал:
– Вы понимаете, что мы могли бы вас просто закопать, но делать этого не будем, если вы скажете по-честному, зачем всё это было.
Вилнис, кучерявый блондин с осоловевшими, уже не голубыми, а серыми от темноты в баре глазами, почти торжественно произнёс:
– Мы из организации «Гром и Крест».
Мы удивленно вытаращили на них глаза, и Янка спросил:
– И чего, вы грабите прохожих?
От алкоголя у того развязался язык, и, наверное, показалось, что он среди своих:
– Мы хотим очистить Латвию от иноземцев!
Рамиль посмотрел на меня взглядом, в котором явно читалось: «Может, пойдём добьём?» Я отрицательно покачал головой и поинтересовался у борца за чистоту нации:
– А кто у тебя папа и мама?
Он честно признался:
– Мама – латышка, а папа – русский.
Тут мы все засмеялись. Янка грустно посмотрел на него и спросил:
– А папаню ты тоже того, бубенишь?
Тот насупился и ничего не ответил.
– Вот такая фигня, если у тебя один предок не латыш, то всю жизнь надо доказывать свою лояльность.
Потом я почему-то сказал:
– Знаете, ребята, идите-ка по-хорошему домой и прочистите себе мозги. На первый раз прощаем, а если ещё раз случайно пересечёмся – точно закопаем!
Национально озабоченные юнцы осторожно поднялись со своих мест и стали протискиваться к дверям между плотно стоявших столов.
Мы ещё выпили на прощание по рюмочке Рижского бальзама с кофе и стали собираться по домам. Завтра надо было на работу.
Глава 2
Ох, этот легендарный бар «Ленинград»! В нём собирались самые эффектные женщины города и будущие криминальные авторитеты. Каждый выход на работу в бар был всегда связан с новыми, не всегда приятными приключениями. Можно было подцепить на ночь классную девочку, а после работы получить нож в бок от ревнивого бандита.
Да мы и сами были не лыком шиты, но держались довольно осторожно. Под моей барной стойкой лежал добротный немецкий браунинг одной из последних моделей, который не было проблемой достать через нужных людей. Это было необходимой мерой предосторожности. Основная задача – чтобы он оставался «чистым» и из его ствола никого не отправили на тот свет.