На доме висела табличка с изображением маленькой птички и стояло всего две звезды. Если в «Хилтоне», где мы жили, мне предлагали ставить мою дорогую машину не на стоянке, а рядом со входом, что им явно было нужно для престижа, то тут стояли машины такого же класса. Напротив дома расположился известный на всю округу ресторан, отмеченный тремя мишленовскими звёздами, который принадлежал той же хозяйке. Я не очень соображал, что это такое, но Жорж, чмокнув губами, показал, что там невероятная кухня.
Она с сожалением развела руками и посетовала:
– К сожалению, свободный номер есть только на одну ночь, на завтра.
Я повернулся к Лере:
– Давай здесь, во французской деревне, проведём романтическую ночь. А потом вернёмся в Страсбург!
Я видел, ей тут понравится, и заранее знал ответ:
– С удовольствием!
Мне показалось, что больше всех обрадовался Жорж, и сразу попросил хозяйку зарезервировать для нас этот номер на завтра.
– Куда поедем дальше? – поинтересовался я.
– Тут поблизости есть интересное место, старинный монастырь, в который приезжал даже папа римский, и там же рядом маленький городок, где есть очень неплохой ресторан, – предложил Жорж. Мы сразу согласились.
Это было недалеко, километров двести, по местным дорогам сущий пустяк. На вершине горы стоял монастырь, где были захоронены останки каких-то святых, и при нём был музей, о котором наш спутник знал абсолютно всё, и меня это заинтриговало.
– Жорж, ты же вроде врач-геронтолог, откуда такие познания об истории этого монастыря?..
Он как-то грустно посмотрел на меня:
– Это история моей первой любви! Мы с ней любили сюда приезжать, я тогда ещё только учился в университете, а она была уже взрослой женщиной, и нам здесь нравилось. Её звали Мари… – он говорил об этом так грустно и в прошедшем времени, что я подумал о самом плохом.
– Она умерла?..
– Нет, что ты! – он засмеялся. – Дай бог ей здоровья, она хорошая женщина, мы просто расстались. Она была старше меня на двадцать лет, и я очень любил её, она помогла мне встать на ноги. Но потом я встретил другую, и мы расстались. А потом я расстался и с той, другой. Се ля ви! Вон видишь тот каменный гроб? – он указал на саркофаг в центре зала. – Он сделан точно по форме человеческой фигуры. Когда мы в первый раз сюда приехали, я забрался в него, и он был точно по моему размеру, даже место для головы было идеально под меня. А потом я попытался оттуда вылезти, и гроб меня не отпускал, камень зажимал мою шею, я не мог даже поднять голову. Меня охватил ужас, мне казалось, что меня держит кто-то с того света. Вытащили меня монахи, поднимая моё тело ровно вверх, по-другому выбраться оттуда было невозможно, так бы и остался лежать тут навсегда. Даже подходить к нему не хочу!
Мне же было любопытно, я подошел к последнему прибежищу какого-то почившего рыцаря и представил, как Жорж в ужасе бился там, пытаясь освободиться. Потом мы вышли из-под этих каменных сводов на огромный двор, с которого открывался грандиозный вид вниз на долину, казалось, что вдаль просматривается километров с тридцать, а то и больше. Я опустил пару монет в стационарный бинокль, и Валерия принялась рассматривать далёкие пейзажи, а я пытался прочесть надпись на металлической пластине возле обрыва. Жорж стоял рядом и смотрел куда-то вдаль.
– А больше ты никогда её не видел после расставания?..
Он удивлённо на меня посмотрел:
– Конечно, видел! На все праздники я посылаю ей цветы, вот завтра первое мая, и ей тоже обязательно принесут от меня букет!
Я в свою очередь не мог не удивить его нашими нравами.
– У нас всё по-другому, после развода женщина может получить цветы от своего бывшего только на кладбище, когда её провожают в последний путь, если, конечно, он её переживёт!..
Машина урчала своим мощным двигателем и плавно вписывалась в один поворот за другим, спускаясь в долину. Мне доставляла удовольствие такая езда, когда ты знаешь, что в случае надобности мощный мотор позволит ей сорваться с места и набрать за секунды триста километров в час, но это можно делать только на автобане в Германии, где нет ограничения, а тут это чревато большими неприятностями. Вскоре за одним из поворотов показались высокие каменные стены старинного замка.