Наплевавшись вдоволь, ухожу, освободив место на середине моста для двух мальчишек, которые присоединились к моей игре, стоя с краю, – с моего места плевать лучше, тут выше. Они наперегонки бегут к середине и с интересом продолжают моё занятие; сейчас каникулы, а это гораздо увлекательнее, чем сидеть за учебниками.
Медленно иду к зданию, где раньше находился наш известный на весь город бар. Сейчас там расположилось очередное кафе. Захожу внутрь, тут всё изменилось так же, как изменились и мы.
Сажусь за столик у окна и прошу принести кофе с молоком. Пытаюсь разглядеть среди интерьера что-то мне родное, прокуренное, с запахом алкоголя. Тут этого нет, курить запрещено, вентиляция работает на зависть, народ поедает бутерброды, запивая их кофе, это всё другое. Появляется ощущение, что я стал безумно старым и вместе с недалёким прошлым ушли молодость и безумство чувств. Заказываю себе коньяк и медленно его потягиваю, смотрю на поток машин за окном, трамваи и вспоминаю прошедшее время, которое никогда не вернётся.
После коньяка моя меланхолия испаряется, и появляются совсем другие мысли, внутри что-то оживает, и я чувствую, что ещё молод и во мне всё бурлит. Я уже смотрю не на проезжающие мимо трамваи, а на женщин, выделяя самых привлекательных. Правда, я уже не вскакиваю из-за стола и не несусь им вслед, чтобы завязать знакомство, как это было совсем недавно, а просто занимаюсь статистикой. И тут я вспоминаю, что у меня завтра встреча с красавицей доктором, и моё настроение становится ещё лучше.
В двенадцать часов я уже сижу в кафе и в ожидании Ланы пью пережжённый кофе, который пришлось разбавить молоком. Начинаю сердиться и посматривать на настенные часы, словно этим я ускорю её приход, через двадцать минут начинаю чувствовать, что мне зря пришлось тащиться из дома. Набираю её номер, там долгие гудки, она не поднимает трубку. Больше злюсь на себя, на то, что мне в голову пришло закрутить роман, а не проводить побольше времени с семьёй.
Расплачиваюсь и выхожу из кафе, настроение как у собаки, у которой только что отняли кусок мяса. Минут пять стою на улице у входа и смотрю по сторонам с надеждой, вдруг она появится. Её нет, я сворачиваю на одну из узеньких улиц и медленно иду в сторону, где оставил свою машину, и чувствую себя полным идиотом.
Сажусь в машину, чтобы побыстрее вернуться домой и пойти куда-нибудь с женой и детьми. Но тут вижу, как возле гостиницы «Рига» останавливается такси, оттуда выходит Лана и быстрым шагом идёт в сторону кафе, где мы договорились встретиться. Я не бросаюсь ей вслед, просто смотрю, как она скрывается за углом, и медленно отъезжаю, направляясь в сторону дома.
Глава 26
Дорога идёт вдоль бурлящей реки и петляет из стороны в сторону, зажатая с двух сторон красными скалами. Река то проваливается на дно глубокого ущелья, то подбирается почти к самому краю дороги, а потом снова исчезает в глубине. Чем ближе к морю, тем ровнее она течёт, по её бегу можно определить, как долго нам осталось ехать. Моря ещё не видно, а через открытые окна уже врывается его запах, принесённый сюда лёгким дневным бризом.
За каждым поворотом мы с Лерой надеемся увидеть эту невероятную бирюзу прибоя, оправленную зёленой каемкой из пальм. И вот за одним из них открывается этот синий простор, к которому мы так стремились. Дорога, которую я выбираю, идёт вдоль моря, через маленькие посёлки, которые переходят в популярные курортные города. Мы быстро проехали Сен-Тропе, Канны и, наконец, въезжаем в Ниццу, в которой не были уже несколько лет.
Тут ничего не изменилось за это время, да, наверное, за последние сто лет. Всё тот же променад вдоль моря, отель «Негреско», отель «Вест-Энд», ресторан «Нептун» – тут всё словно замерло, а меняются лишь люди, на смену одному поколению приходит другое.
Валерия смотрит по сторонам и только восклицает:
– А помнишь, мы вот тут гуляли?! А вон ресторан «Миссисипи»! Как там было весело! Там тогда итальянцы пели! Помнишь?
Конечно, я всё это помню.
В отеле «Вест-Энд» нас приветствуют как старых постояльцев, знакомый администратор Поль предоставляет нам комнату с видом на море по цене простого номера. Пока мы поднимаемся на лифте, наш багаж оказывается уже в комнате. Валерия сразу принимается распаковывать чемоданы, а я проверяю мини-бар. Пока она развешивает наши вещи, я готовлю два джина с тоником, мне не нравится менять традиции.