-Вставай! – услышала она над ухом резкий голос. Ее грубо потрясли за плечо. Она села, протирая глаза, и увидела перед собой Раша. Весь в черным, мокрые волосы гладко зачесаны. Оля усмехнулась, подумав, что он пришел за…
-Вставай и собирайся! – приказным окликом он прогнал все неприличные мысли прочь. – Ты уезжаешь!
-Куда? – спросила Оля, опуская на пол ноги в свободных пижамных штанах по колено. На ней был белая футболка. Плотная. Но под внимательным взглядом мужа она ощутила себя раздетой. Его глаза стремительно темнели. Она даже вздрогнула, чувствуя, как воздух становится густым и плотным. Ей показалось, что он вот-вот бросится на нее, опрокинет на постель, зацелует. До смерти.
Но он швырнул ей в руки небольшую спортивную сумку.
-У тебя десять минут, чтобы собрать все необходимое! Я жду тебя внизу!
-Ты…прогоняешь меня?
-Ты просила отпустить – я отпускаю! Помнится, ты хотела посмотреть Прагу? У тебя будет шанс любоваться этим городом всю оставшуюся жизнь.
-А ты?
-Я? Тебе придется забыть про меня, Оля. Собирайся, у нас мало времени. – сказал он жестко и покинул комнату.
Оля не любила этот дом. Безликий, скользкий, неуютный, как съемное жилье. Все здесь было «на время» - комфортно, но с ограниченным сроком использования. Покидав в сумку то, что первым попалось под руку, она спустилась вниз. Раша она нашла в кабинете. Он сидел за столом, перебирая бумаги, что-то сминал и выкидывал, что-то подписывал, что-то откладывал.
-Готова? – обратился он к ней, едва она вошла.
Оля пожала плечами. Ей не нравилась мрачная собранность Раша.
-Что-то случилось? Почему ты решил вдруг меня отпустить?
-А ты еще не поняла? - спросил он, откидываясь на спинку стула, раздраженно отшвыривая стопку чистых листов и глядя на Олю с какой-то колючей неприязнью.
-Ты на самом деле никогда не любил меня, да? – произнесла Оля тихо. – Я была для тебя воспоминанием детства. В которое ты был влюблен, но…
Оля замолчала, облокотившись о дверной косяк, прижимая к груди полупустую сумку, она смотрела в пол и ей казалось, что пол раскачивается, как корабельная палуба. И вот еще чуть-чуть и она не удержится – упадет и утонет.
-Но трахнув тебя, я разочаровался. Довольна?
Палуба качнулась. Но Оля устояла. Кинула сумку на пол. Посмотрела ему в глаза.
-Вполне. Останешься без завтрака, а я пойду поплаваю в бассейне.
Она развернулась и пошла прочь.
-Стой! Я сказал – ты уезжаешь!
-Я никуда не поеду! – ответила Оля, не останавливаясь.
-Поедешь, я сказал! –заорал он, вскакивая столь резко, что стул полетел на пол.
-А я сказала – не поеду!
Он нагнал ее в дверях террасы. Резко крутанул и застыл, чувствуя, как бешено стучит ее сердце, и как столь же бешеным ритмом откликается его.
-Оля…
-Да?
Зарывшись ладонью в ее волосы, он обхватил ее затылок, прижал к груди, и они нырнули в туман, на безумной скорости, пересекая пространство через грани. Снова коснувшись ногами твердой поверхности, Оля едва устояла на ногах. Перед глазами мелькали черно-белые мошки. Пустой желудок скрутило, в уши словно набили ваты. Отдышавшись, она огляделась. Это была просторная комната с видом на реку, где, изогнув шеи, плавали белые лебеди.
-Здесь твой паспорт на новое имя, банковская карта, ключи от квартиры, машины, она на подземной парковке. Первый месяц тебе лучше из дома не выходить. Вокруг квартиры выставлен магический туманный контур. Здесь настойка, она маскирует ауру. Я не знаю, насколько Крис будет упорен в своих поисках, но, надеюсь, что ему будет не до тебя.
-Причем здесь Крис?
Раш промолчал. Он стоял спиной, постукивая пальцами по дверной ручке.
-Прощай, Оля!
Он вдруг развернулся, шагнул к ней, обхватил ее лицо руками и поцеловал, бережно и нежно, будто между ними все, как прежде, а они снова на берегу лесного озера.
-Малышка, я любил тебя, люблю. И всегда буду любить…
Отпустив, он сделал шаг назад. Оля бросилась к нему, но обняла лишь хлопья тумана. Он исчез. Снова оставив ее одну.