Я все-таки засмеялась, подходя ближе. Впервые на моей памяти находящийся в заведомо проигрышном положении человек был столь самоуверен, но некоторого уважения это заслуживало.
Присев на корточки рядом с Тобиасом, я пропустила между пальцами его густые и неожиданно мягкие волосы, и тут же сжала их, с силой оттягивая голову назад так, что он наверняка поцарапал затылок о шершавую кору.
– Кто сказал, что я позволю тебе прикасаться к себе?
Я выдохнула это ему в лицо, и получила в ответ очередную жутковатую улыбку.
– Ты уже позволила.
В целом это тоже было правдой, и я покачала головой снова:
– Ну надо же, солдат. Будем считать, ты меня подловил. Хотя…– продолжая удерживать его голову, я провела ладонью по волосам еще раз. – Думаю, правильнее будет называть тебя князьком. Раз уж настоящее имя ты назвать отказываешься.
Он не пытался ни увернуться от моих прикосновений, ни показать, что они ему неприятны. Напротив, у меня складывалось впечатление, что ему все нравится – даже в скудном свете луны, пробившемся сквозь густую листву, было заметно, что глаза у него потемнели.
– А тебе важно, как меня на самом деле зовут?
– Здесь я задаю вопросы.
Напоминая, кто здесь главный, я убрала руку, и на этот раз пришел черед Тобиаса смеяться.
– Называй, как нравится. Главное делай это погромче.
Разговор определенно сворачивал не туда, но в мыслях и во всем теле все еще ощущалась восхитительная легкость – упоительные отголоски дорого доставшейся победы.
В конце концов, почему нет?
Ни одного достойного аргумента я не находила.
Хотел Тобиас того или нет, он вынужден был оставаться неподвижным, когда я оседлала его колени.
– Издашь хоть один лишний звук, пожалеешь.
– Не хочешь, чтобы твои подруги знали? – он даже не улыбнулся, почти оскалился с таким отвратительным пониманием, что мне захотелось его ударить. – Понимаю. Только ты и я, и никаких лишних свидетелей в этот раз.
– Заткнись, – слушать его мне не хотелось.
Кровь начинала разгоняться, а внизу живота ощущалась приятная теплая тяжесть. Тобиас идеально подходил мне, чтобы сбросить напряжение всех последних дней и даже недель. Заняться этим я собиралась, будучи в безопасности в княжестве Манн, но уж как получилось, так получилось. Лишние разговоры обещали удовольствие только испортить.
– Слушаюсь, мадам Ханна, – он откликнулся едва различимым заговорщицким шепотом, снова прислонился затылком к стволу, чтобы лучше меня видеть. – Хотя ты могла бы заткнуть меня поцелуем.
– Обойдешься, – я ответила почти невпопад, прислушиваясь к происходящему за ширмой.
Девочки продолжали ужинать, что-то негромко обсуждая. Мною они сейчас не интересовались, и я со спокойной совестью взялась за его пояс.