Он ухмыльнулся, будто ощутив запах моего возбуждения.
- Как бы я хотел поставить тебя здесь попкой кверху и отыметь по самое не балуйся, - с хрипотцой шепнул Сергей на ухо.
- Рискни, - филигранно удерживая последнюю толику самообладания, ответила я.
Он еще несколько секунд не отводил от меня взгляда. А затем резко отвернулся и совершенно нейтральным голосом произнес:
- Ева Владимировна, вы свободны. Продолжайте развитие программы в том формате, что мы оговорили. Квартальные итоги можете отправить мне на почту.
- Хорошо, поняла, - на дрожащих ногах я покинула кабинет.
Не успела я дойти до своего рабочего места смартфон пискнул: «Я знаю: ты кончила». Рукой оперлась о стену. Как он это делает!? Наслаждение влагой разливалось по внутренней стороне бедер. Хорошо, что у меня в сумочке всегда есть запасные трусики!
- Ева, у тебя все в порядке?
Повернула голову на голос Сони.
- Да, а что такое?
- Ты выглядишь так, будто у тебя жар? Или давление резко поднялось?
- Нет. Все нормально.
- Ты не заболела?
- Говорю же: нет!
- Неужели Сазонов что-то сказал?
- Да ничего он не сказал, просто попросил через месяц отчет сбросить. Извини, мне нужно в туалет.
- Может тебя проводить?
- Сонь, всё ОК! Я справлюсь. Не парься. Может на смену погоды организм реагирует, может ЭТИ дни, - я брезгливо изогнула уголки губ, намекая на женские «дела».
- Да, конечно, иди, - Соня посторонилась.
Захлопнула за собой кабинку словно шлюз спасательной лодки. Набрала полные ладони воды - плеснула в лицо. Плевать на макияж! Что же, если он ужесточил правила игры, то и я не намеренна сдаваться! Только не ему.
Вернувшись в кабинет увидела на столе плотный картонный конверт.
Сонька пояснила, что пять минут назад его доставил внутренний курьер нашей компании из приемной Сазонова.
- Странно, я же только, что там была, почему секретарь Оксана не передала мне его в руки?
- Не знаю. Может быть, забыла. Она же отвечает за все сферы сазоновского бизнеса, - пояснила Соня.
Не став гадать, вспорола плотную бумагу канцелярским ножом. В нем оказался пригласительный билет «+1» на благотворительный вечер. Дата была обозначена та же, что на календаре. То есть элитная тусовка состоится сегодня. Я, Ева Орловская - лицо канала: для меня посещение вип-мероприятий - это часть работы. Яркие, успешные звезды подсвечивают щедрость бизнесменов и политиков жертвующих астрономические суммы на добрые дела. Сазонов хотел меня подловить, что я не успею подготовиться. Но это он ошибся! Что же блистать, так блистать.
- Полина, - я нажала кнопку вызова ассистента. - Подготовь мне на сегодняшний вечер серебристое платье от Gucci. И да, заранее забронируй такси представительного класса.
- Это которое с голой спиной?
- Да.
- Хорошо.
- Спасибо!
Отбой. Второй звонок не менее важен.
- Зай, - я не преминула заметить, как быстро Сашка Климов поднял трубку.
- Да, Евочка. Как раз думал о тебе!
- Не сомневаюсь! Ты же всегда думаешь обо мне. Дорогой, сегодня в «Шабли» роскошная вечеринка намечается для сильных мира сего. Мне там нужно личиком посветить. Не составишь компанию?
- Конечно, я только за, - не скрывая своего восторга воскликнул Климов.
Последние два года на экран не выходило сериала, где Климов не играл бы главной роли героя-любовника. Варьировалась только степень мачизма! Сейчас самый высокооплачиваемый российский киноактер откровенно за мной ухаживал. Известная телеведущая и знаменитый артист - сладкая парочка и желанная добыча для папарацци. Хотя я воспринимала его скорее как алиби, чем реальное увлечение. Я нуждалась в ширме, за которой бы прятала Сергея Сазонова. А Климов нуждался в яркой спутнице.
Ресторан переливался неоновым светом, идя по мягкой ковровой дорожке с золотистой окантовкой в свете прожекторов и фотокамер, я размышляла о несправедливости мира. Если собрать все средства, вложенные в этот праздник жизни, то никаких дополнительных акций и не понадобится. Но милосердие - тоже бизнес. И я всего лишь винтик в этом механизме. Вылечу - на мое место сразу встанет другая. Телеведущих-блогеров много. А Золушка одна. Каждая хочет быть богатой и знаменитой. И готова ради этого не только носить неудобную обувь, но и стукнуть хрустальным башмачком по чьему-то темечку…
Сашкино бедро слегка касалась моей ноги, ступая по удобному и приятному покрытию. Он поймал пальцами мою ладонь, нежно сжал. Я ответила ему. Наше движение не осталось незамеченной стаей фоторепортеров. Они заклацали фотовспышками как затворами. Но этот шум не сбивал моего настроя. Последние годы я привыкла жить под какофонию этих звуков, порой утомляющих, но тешащих самоблюбие. Это будет приятный и полезный вечер. Все под контролем.