— Конечно, дорогой, я тебе обязательно позвоню! И мы непременно увидимся! Обещаю! — я сбросила звонок от очередного оборотня на одну ночь и направилась в душ. Следовало смыть с драгоценной кожи этот навязчивый животный запах. Их дикая страсть здорово спасала от скуки, но заводить что-то долговременнее одной ночи я не собиралась.
К своим паспортным сорока и “лицевым” двадцати, я усвоила одну простую истину: надеяться можно только на себя. Любить себя и верить исключительно себе, любимой. Мужчины — это так… лакомство, приходящее в жизнь по потребности. И не все из них достойны, чтобы я обращала на них внимание. Естественно, поняла я это, уже обжегшись до мяса души. И не раз. Очевидно, ни одна наука “наступания на грабли” не дает вечного стопроцентного иммунитета против болезни под названием «влюбленность». Хотя нет, худшими и более унизительными из моих граблей, были влечение и неопытность. Однако вспоминать об этом совсем не хочется…
В первый раз меня накрыло в восемнадцать. Юная душа молоденькой ведьмы воспылала к человеку. К обычному, женатому мужчине, вдвое старше меня. Он, как водится, рассказывал сказки о холодной, страшной жене. Об отвратительных отношениях, усталости от быта и клятвенно — “Вот прямо на полном серьезе!” — обещал развестись. Я, глупая, верила и радостно обманывалась. - Мать тогда смотрела на меня с сочувствием, но промолчала. Давая мне набивать собственные шишки. Ведь в нашей семье, которая состоит из меня, моей младшей сестры и нашей матери, не принято влазить в амурные дела друг друга с момента наступления совершеннолетия. Ведьмы мы все-таки или кто?
Все закончилось в один миг. Мы случайно столкнулись в магазине. Я, он и его жена.
— Дорогой, а кто эта девочка, которая на нас так смотрит? Дочь кого-то из знакомых? — поинтересовалась очень даже красивая и ухоженная женщина.
Мой «любимый» скользнул взглядом по мне и сделал вид, что не заметил.
— Кто, заюшка? И где? — ласково спросил он у супруги.
— Да вон там, у стойки. — она показала в мою сторону.
— Не знаю я, кто это. — сказал тот, кто вчера целовал мне ноги и уверял, что я — богиня, сошедшая с небес специально для него.
Так я впервые познала мужскую трусость и собственную глупость. Что сказать? В восемнадцать это кажется трагедией вселенского масштаба. Но я молодец, не растерялась. Отомстила — от души и с душой. Ведьме положено.
Уже через три месяца он побирался у входа в тот самый магазин, мимо которого я проезжала на солидном авто с новым любовником. А всё дело в том, что я очень постаралась. Порча была качественная, «на все бабки», как говорят. А заказала её… его же жена, когда я предоставила ей неопровержимые доказательства измены благоверного — уже с другой девицей моего возраста. Его бизнес посыпался, друзья отвернулись, а насланное мной мужское бессилие сделало из мужика кастрированного барана, который до конца дней своей жалкой жизни, не сможет ровным счётом ничего.
Тогда я впервые ощутила жгучее удовлетворение от содеянного. А ведь мечтала быть доброй, светлой ведьмой. Той, что помогает, лечит, а не калечит. Но от внутренней сути не уйти, как ни пытайся. Моя мать, её мать и праматерь — все были главами темного конклава. Так что из чёрной кошки белой и пушистой не выйдет.
Второй раз я наступила на грабли влюбленности в тридцать. Это оказался вампир. Ухаживал красиво, втерся в доверие, но не для того, чтобы любить, нет. Все оказалось куда более прозаично. Ему нужен был доступ к моей силе. Он хотел, чтобы я для него делала разного рода подлости его конкурентам. В бизнесе помогала, да его грешки от рогатых скрывала. Так сказать” ручной ведьмой на побегушках” стала. А он мне что за это? Так ночи страстной любви. И не мне одной. Тогда у него аж три ведьмы было. И ни разу он не дал повода, ни одной из нас, усомниться в эксклюзивности его чувств. Мне вновь помог случай. У двух из нас, так совпало, день рождения в один день. Вот он разорваться и не смог. Одна обиженная ведьма- это оружие массового поражения, а три сразу - вселенская катастрофа. Так что мы с радостью, сговорившись, сдали его клану демонов, которых он водил за нос. Утаивая большую часть прибыли от незаконных операций. Слава тьме! Мне тогда удалось остаться в тени и не выдать свою причастность к этому. С кланом “ Черных” никто из семьи конклава связываться не хотел. Мы их называли иносказательно, суеверно пытаясь оградить себя от них. Рогатые, темные, черные - они были той силой, с которой приходилось считаться. Слишком дорого могло обойтись. Так тогда и случилось. Та из нас, которая взяла на себя смелость и донесла на вампира рогатым. Не убита, за соучастие — и на том спасибо, но ее выслали с их земель.