— А когда ты стал таким? – мой голос чуть дрогнул.
— Каким? – Святозар наклонил голову.
— Отпугивающим тех, кто когда-то был рядом, – я постаралась придать голосу твёрдости, но получилось что-то сравнимое с непониманием и удивлением.
Вместо ответа Князев только улыбнулся и едва заметно покачал головой.
— На столе распорядок дня, Зар. Тебе что-нибудь нужно?
— Я хочу пригласить своего юриста, чтобы оформить договор на работу.
— Илью позовёшь?
— Да.
Князев кивнул и хотел что-то сказано, но только ещё раз кивнул и вышел из мастерской. За дверью тут же послышался цокот каблучков Богданы, а дальше – голоса. Вот только мне это было уже неинтересно, я рассматривала своё новое рабочее место и любовно оглаживала инструменты и материалы, счастливо улыбаясь. Частичка моего рая осталась здесь.
Илья приехал ближе к вечеру, как и Ульяна, адвокат Святозара. Оба служителя закона поприветствовали друг друга крепкими рукопожатиями и вместе пошли к дому, идя под ручку. У них был какой-то свой особый этикет, который мне было сложно понять. Мне удалось уловить лишь обрывок диалога, который меня несколько удивил. Адвокаты обсуждали Канта. В прошлый раз они говорили о том, был ли Сталин прав, или не был Сталин прав.
И зачем я помню такие моменты? Они остались в прошлом.
— Батюшки-святушки, – Илья раскрыл объятья, заметив меня, – какие люди и без охраны. А куда Дениску дела?
— Не знаю, испарился куда-то, – я с удовольствием обняла Илью и покачалась вместе с ним. – Чёрт, Илюх, ну ты загорел.
— Так ты же рекомендовала Кипр, – он лукаво подмигнул мне. – Мне там понравилось. Уль, узнаёшь Зару?
Я улыбнулась светловолосой женщине и с интересом посмотрела ей в глаза.
— Вообще не изменилась за... семь лет, – довольно ответила адвокатесса, когда мы обменялись объятьями.
— А ты помнишь, сколько меня не было? – я рассмеялась. – Даже я сама не помню.
Уля выразительно постучала себя по виску и строго посмотрела мне в глаза:
— Моя работа – помнить, знать и вовремя открывать рот, чтобы сказать, – заговорчески проговорила моя собеседница.
— О, Ульяна, Илья, – раздался голос Богданы у меня за спиной. – Проходите, пожалуйста, мы вас со Святозаром ждали.
Илья с сочувствием посмотрел на меня, а Ульяна отвела взгляд и поджала нижнюю губу. Она сама понимала, какого это, когда живёшь не в своём доме. Я осталась стоять на пороге дома, держась за косяк и не понимая, что же испытываю. На лице застыла улыбка, от которой не получалось избавиться, пока руками не сжала губы, чтобы хоть немного размять напряжённые мышцы.
— Я, к сожалению, не смогу присутствовать, – продолжила щебетать Богдана, – мне нужно бежать по делам.
— Да, конечно, – Ульяна улыбнулась, но по голосу я слышала, что она сама была бы рада избавиться от присутствия супруги Князя. – А Святозар на месте будет?
— Да... – Богдана ответила с некоторым напряжением. – Хотелось бы поучаствовать, но не получится.
— Ну, ничего страшного, была рада поболтать, – адвокатесса поспешно застучала каблучками по лестнице наверх.
— Спасибо, что встретила, Богдана, – поблагодарил Илья и тоже пошёл следом за подругой. Я, закрыв дверь, тоже направилась в кабинет. Взгляд жены Князя неприятно колол затылок и проникал под кожу. Но когда я скрылась на втором этаже, это ощущение прошло.
— Тебя Кальдара ещё не загрызла от ревности? – на ухо спросила меня Ульяна.
— Кальдара? Я думала, что она взяла фамилию Князя.
— Тю-ю, что ты, – Илья ухмыльнулся. – Чтобы эта цыганочка променяла фамилию папеньки на фамилию мужа? Папенька один, а мужей может быть много, она же дочь самого Баро Яновича.
— Как я могла забыть, – я тяжело вздохнула и покачала головой.
Статный и важный цыган, с чьего появления в этом доме жизнь повернулась на несколько градусов, а моя жизнь и вовсе кардинально сменила свой курс.
Договор на фиктивный брак, чтобы доченька не осталась на улице, если с папой что-то случиться. Фальшивая семья и свадебные фото. Постановочная церемония и клятвы, что это всё, пока дела не улягутся, пока не станет безопасно.
Я помнила, как Баро уверял, что может доверять безопасность любимой дочери только Святозару, даже не своему сыну, а ему, молодому мужчине, который просто несколько раз помог. Почему именно ему? Почему именно Святозару? Те ответы, что я получила тогда, сейчас казались нелепыми отговорками.
«Это просто бизнес, чтобы Богданку не тронули. К Святозару не полезут, он не в наших делах».
«Пока я не решу дела со своими врагами, Богдане нужна помощь. Я хорошо заплачу за это. Просто, чтобы она стала «его» по документам».