— А почему ты не выспался? – она задала вопрос с напряжением.
— Встречал грузчиков и контролировал перестановку в комнате, как хочет Баро Янович.
— Ты не врёшь? – она шагнула ближе, а я вжалась в стену, наблюдая за супружеской парой через щёлку в створках ширмы.
Богдана была напряжена и встревожена, кусала губы и с немой надеждой смотрела в глаза Свята. Она боялась, что он был со мной.
А вот Князев был спокоен и расслаблен. Он только приобнял жену за плечи и поцеловал в лоб.
— Я не вру, спроси у грузчиков, – ласково произнёс архитектор, после чего подтолкнул жену к выходу из спальни. – Я буду заниматься йогой сейчас, ты не любишь, когда видишь мои занятия.
Кальдара на всякий случай осмотрела доступную ей часть комнаты и, кивнув, вышла, закрыв за собой дверь.
Князь ещё несколько секунд прислушивался к шагам за дверью, словно опасался, что Богдана вернётся. Но потом расслабленно выдохнул и подошёл к кровати:
— Выспалась?
— Нет, – честно ответила я, выходя из-за ширмы. Неприятное и липкое ощущение, что только что чуть не стала причиной семейного скандала, давило на голову. – Скажи, чем ты думал, когда меня к себе в спальню вёл? Мы и так зафиксированы на камерах видеонаблюдения. Богдана посмотрит – кричать будет.
— Я провёл нас там, где камеры не ловят обзор, – усмехнулся Святозар и упал спиной на кровать.
— Прекрасно, но ты чем думал? Верхней головой или нижней? Ты когда вообще таким стать успел, а? Непродуманные поступки, странное поведение. Что, твою мать, происходит? – я нависла над Святом, сверля его лицо злым взглядом.
А Князь только улыбнулся и прикрыл глаза.
— Я влип по самые яйца, Зар, а то и по самые ноздри, – он выдохнул, будто бы снимая маску. И теперь вместо спокойно и расслабленного мужчины я видела перед собой уставшего человека, взгляд которого был пуст и безразличен ко всему. – И ты – одна из причин.
Малахит потерял свою структуру, свою индивидуальность, оставался только матовый блеск расколовшегося былого величия.
Святозар сел на кровати и, запустив пальцы в волосы, растрепал их, грустно усмехаясь и посмеиваясь. А я не знала, что делать, что сказать, как действовать. Что-то внутри меня сжалось от сочувствия, сделав шаг, я коснулась плеча Князева.
— Я должен отцу Богданы, – наконец-таки сказал Князь. – Обязан жизнью. Пожалуйста, приди сегодня на вечер.
Я недоверчиво выгнула брови, но промолчала.
— Когда ты сбежала, сначала я пытался тебя найти, а потом – забил на это, – он усмехнулся и одной рукой обнял меня за талию. – Сам не понял, как всё стало катиться под откос. Сначала понемногу, а потом однажды очнулся в наркологическом отделении под капельницами с наркологом над головой. Баро лично контролировал моё лечение, приставил своих врачей, чтобы контролировали моё состояние.
— Ты никогда не был склонен к аддикции, – я нахмурилась, не понимая, как такое могло произойти.
— Врач сказал, что твой уход так повлиял на меня, депрессия, деструктивное поведение, аутоагрессия, которая вылилась в употребление алкоголя, а потом и лёгких наркотиков. Баро помог мне вернуться к нормальной жизни, Богдана была рядом со мной, но ей тяжело со мной, но любит и терпеливо относится ко всему. Иногда, правда, уходит спать в другие комнаты, но это бывает, когда мы ссоримся.
— Как сейчас?
— Да, мы поссорились из-за того, что я отправил Дениса за тобой. Я просто понял, Зар, что зависим от тебя.
— Что ты в ней нашёл, Свят? – я чувствовала себя так, словно моё сознание и душа парили где-то отдельно от тела. Зависим от меня? Я всегда старалась сделать так, чтобы мы были автономны друг от друга, чтобы умели быть счастливыми отдельно друг от друга, и просто делали выбор быть вместе... А сейчас...
— Нежность, удивительную женственность, – честно ответил Святозар. – С тобой всегда всё было понятно и легко, а с ней я почувствовал себя рыцарем, мужчиной, нужным и любимым, который может свернуть горы ради женщины.
— И всё ещё зависим от меня? – я усмехнулась, запрокидывая голову и сдерживая слёзы. Я сама задала этот вопрос, сама хотела получить ответ. А сейчас мне просто больно и непонятно. Разве это плохо, когда всё понятно?
— Да, это эмоциональная зависимость, – Князь отпустил меня, а мне хотелось, чтобы вернулись эти короткие объятья. – Вы с ней слишком разные. Ты никогда не краснела, когда говорила, что любишь. Никогда не пряталась за мной, а смело шла вперёд. Ты не робела, когда тебе говорили комплименты, никогда не жалась и не смотрела.... так, как смотрит Богдана. Ты никогда не ждала моей оценки. Рядом с тобой я не мог почувствовать себя мужчиной.