— Спасибо, Денис, – выдавила из себя я и взяла чашку с подноса. Горький вкус кофе осел во рту и вызвал лёгкую кислинку. – Тёмная пережаренная арабика, эх.
Я чуть улыбнулась, пока в голове билось непонимание. Неужели они помнили, какой кофе я пью?
— Светлой не было, – он извинился короткой улыбкой и присел рядом со мной.
Повисла гнетущая тишина. Что говорить? Как начать разговор? По блуждающему взгляду Дениса мне несложно понять, что и он не знает, как вести себя дальше. Слишком давно не виделись, чтобы за секунды побороть неловкость и возникшую пропасть. Но это длится до тех пор, пока к нам не подошёл Николай. Глаза цвета голубого топаза с искристой радостью посмотрели на нас, пока русоволосый и простецкий парень с широкой улыбкой поприветствовал меня. Николай тут же включился в дело:
— Ну чего, Зар, вещи, чемоданы собрала? Когда поедем? – он лучезарно улыбался.
— В смысле? Куда? – я выгнула брови и отпила латте. Мне не нравилась такая поспешность.
— Как куда? – Коля усмехнулся. – К Святозару Станиславовичу, он попросил нас привести тебя. С чемоданами и вещами.
— Он меня не предупреждал о переезде куда-то, – я нахмурилась и крепче обхватила чашку, жалея, что не могу скрестить руки на груди.
— Наверное, не успел, – Денис мягко перевёл внимание на себя, видимо, чтобы Николашка не сболтнул лишнего. – Он бы и сам приехал, да там дела какие-то по работе. Слушай, ну у тебя же всё равно нет квартиры и дома. А начальник про какой-то хороший контракт говорил. Тебе предложить там что-то хочет. Соглашайся, не прогадаешь...
По голосу Дениса было понятно, что он прекрасно знает, что всю свою недвижимость я продала, и теперь у меня действительно нет дома, машины или хотя бы комнаты в общежитии.
Я усмехнулась. Свят, Свят, Святозар... И совершенно не святой человек. Напомнил, потребовал привести. Что же ты ещё такого выкинешь, Ваше Величество?
— И что же он хочет мне предложить? – в моём голосе было явно недоверие.
— Да чёрт знает, ты же знаешь, я в эти дела не лезу. Я за безопасность отвечаю, – Денис развёл руками.
Голову неприятно закололо от настойчивых волн прошлого. Что же ты хочешь, Свят? Хочешь поговорить? У нас было время на разговоры, пока я была в аэропорту и ждала рейс в самую далёкую страну от России. До моего отлёта в Веллингтон, в Новую Зеландию, было время. А сейчас? У нас больше нет общих дел, общего дома. У нас ничего нет. Да и сердце билось ровно, не тревожась, не покалывая от любви. Может, это действительно всё в прошлом? Даже для моего сознания.
— Ладно, – я медленно кивнула и допила остатки кофе, – поедем. Я за вами, у меня машина в аренде.
— За это можешь не волноваться, – Денис сказал это уверенно и спокойно. – Как и за номер.
Я прищурилась и поджала губы.
— И когда Святозар Станиславович стал таким предусмотрительным? И как давно он решает за других, что им делать? – мой вопрос был задан в пустоту между Колей и Денисом.
— Ему просто очень важно, чтобы ты приехала. Ты же не захочешь приехать без таких... мер, – голос Николая выдал его нервозность.
— Просчитался Свят Станиславович, – я встала и забрала бутер. – Я бы поехала и так, но сейчас у меня появилась пара дополнительных вопросов к его... высочеству. Надеюсь, он сможет дать мне внятные княжеские ответы...
Глава 2
Сонная Москва постепенно начинала оживать под мерное завывание весеннего ветра. Тихие улицы плавно заполнялись людьми, спешащими по своим делам; постепенно открывались и магазинчики. Некоторые из них были мне знакомы, а некоторые я видела впервые. Пёстрые витрины притягивали взгляд, и иногда я старалась запомнить название некоторых вывесок, чтобы потом при случае заглянуть в интересное место. Было сложно поверить, что город поменялся настолько, что сложно было узнавать когда-то знакомые переулки и перекрёстки, лишь названия улиц помогали понять, где мы проезжали.
В машине мы с Денисом ехали молча, он даже не включал радио, хоть тишина и казалась напрягающей. Я не знала, стоило ли говорить, но, в конце концов, решилась:
— Почему через центр поехали? – мой вопрос прозвучал неестественно. Это было лучшее, с чего можно было разрушить гнетущую тишину.
— Ник машину твою поставит в центр, – замявшись, сказал Денис, будто бы очнувшийся от оцепенения. – Да и вдруг ты захочешь чего-нибудь себе. Ну там... Поесть, купить чего. У тебя, кажется, вещей совсем мало.