— Спасибо, Сандхья, – я заулыбалась. – Что я тебе должна за это?
— О цене пока что рано говорить, но у меня есть заказ на комплект с кварцем титаниумом. Пусть твои люди изготовят нужные мне материалы – это будет аванс.
— Договорились. Скинь мне в телеграмм всё, я отправлю им.
— Phir milate hain, – попрощалась со мной индианка.
— Да, до встречи.
Я отключила телефон и, дождавшись, когда Сандхья пришлёт мне эскизы, переслала файлы своим помощникам, оставшимся в Шри-Ланке. Когда один из моих заместителей отписался о том, что понял и принял задачу, я вытащила сим-карту и спрятала её в чемодан к летним вещам, которые зачем-то взяла с собой. Наверное, по привычке, что всегда приезжаю в тёплые края или же хотя бы в тёплое время года. Но в России понятие «тепло» крайне растяжимое.
Мне пришлось вернуться к работе, чтобы скоротать время и перестать думать о том, что ещё таит в себе семья Кальдара.
Тишина – мой лучший союзник, в ней можно погрузиться в свои мысли, обратиться к своим фантазиям и перенести их на бумагу, находясь в полной гармонии с самой собой. Я чувствовала, что начинаю погружаться в мир воображения и красок, вылавливая из хаоса мыслей и образов нужные черты и изгибы.
Цветные карандаши, небольшие кусочки ватки, ластик, терпение и воспоминания – картина готова.
Это был портрет того, чей малахитовый взгляд преследовал меня долгие годы и ночи, когда я не могла уснуть.
Святозар, Свят, Зар, Князь – имён много, а человек один. За эти года он действительно изменился. Стал… тише, менее порывистый и решительный. Он стал мягче. Может, любовь действительно так смягчает нрав человека? Может, у нас действительно были странные и неправильные отношения? Может, у нас действительно были незрелые отношения? Может мы были чужими и просто нужно было разойтись? Может, это был переломный момент, благодаря которому мы повзрослели?
Я не задавалась этими вопросами с тех пор, как вышла из клиники. Мне казалось, что всё осталось там, в комнате психотерапии, в анонимной группе 12 шагов освобождения от зависимости.
Зависимости от Святозара, от нашего счастья, от нашего прошлого.
Я знаю, что нужно идти вперёд, чтобы взрослеть, набираться опыта. Но почему так неприятно колет сердце и так противно тянет в кабинет к Святу? Мне хочется просто обнять его и, прижавшись к плечу, поговорить о том, о чём молчали семь лет.
Мне казалось, что всё давно в прошлом. Но, смотря в глаза, смотрящие на меня с портрета, я чувствую, что ничего ещё не закончено.
Я его всё ещё люблю. Но вот ему об этом знать сейчас совсем не обязательно.
Глава 10
Творчество всегда помогало мне систематизировать мысли так, чтобы я потом могла разобраться в себе. Что меня пугает, чего мне хочется, о чём я переживаю? Ответы на эти вопросы приходили ко мне тогда, когда мои мысли были далеко-далеко. Там, где царит музыка цветов, гармонии линий и симфония природного изящества. В мире рисунка мне становилось легче и спокойнее. Гнетущие переживания не так сильно бились в разуме. Даже неприятное озарение уходило на второй план, стоило мне окунуться в эскизы.
И всё-таки мне хотелось сделать грамотно свою работу. Не ради денег или Богданы, а ради Святозара. Пусть он радуется, смотря на украшения. Да, это не я буду их носить, не на моих пальцах будут кольца, не мои запястья будут обвиты браслетами. Но мне хотелось достигнуть самого дна, чтобы вспылить. Я хотела своими глазами увидеть, что Святу на меня плевать.
Я хочу убедиться в том, что я ему не нужна. Хочу, чтобы потом идти вперёд.
Как сказала бы моя лечащая врач: «Закрыть гештальт можно по-разному. И не обязательно для этого влезать в кошмар в реальности».
Отложив эскиз и карандаши, я тихо встала и прошлась по комнате, запрокинув голову.
Святозар сделал комнату именно такой, какой я и хотела много лет назад. Он даже учёл пожелания по материалам. Князь будто бы построил комнату для меня.
Стук в дверь озадачил меня, но я расслабилась, когда поняла, что в мастерскую зашёл Святозар. Князев улыбался и выглядел расслабленным.
— Как там Блок писал? – он улыбнулся, – Ходит, бродит, колобродит?
Я усмехнулась:
— Ага. Что-то случилось?
— Зашёл проверить, как ты. С утра Баро тебя расспрашивал о коллекциях… Надеюсь, он тебя не напугал? Баро человек старой закалки и не всегда понимает, что не все думают так, как он.
— Странно, что его тогда не сместили с поста барона табора, – я жестом пригласила Князя зайти в комнату. – Таких людей не жалуют среди нового поколения.