- Какого здания? – Вика задала вопрос, ожидая услышать что угодно, только не то, что услышала…
- Рядом с лечебным корпусом… морг…
В тот момент запах хлорки окончательно выбил сознание Виктории, перед глазами все поплыло, стойка поста медсестер тоже куда-то поехала, она попыталась схватиться за нее, но все тщетно, перед ее глазами замелькали квадратные светильники больничного коридора. Она еще где-то вдалеке слышала панические обращения к себе:
- Девушка! Девушка! Оля, давай нашатырь!!! – рядом с ней еще суетились те две медсестрички, но себя Вика уже не чувствовала и не понимала, холодный, ледяной кафельный пол стал с этого момента ее опорой, и она была ему благодарна за то, что он не позволил ей упасть дальше. Хотя в ее голове отчетливо она падала все ниже и ниже сквозь все перекрытия шести этажей, туда – к нему на первый этаж соседнего здания.
Все что происходило дальше в ее жизни в течение нескольких дней Вика видела, как будто со стороны. Так иногда показывают в фильмах клиническую смерть, когда человек видит все, что с ним происходит как бы вне своего тела. Нет, у Вики не было клинической смерти, но восприятие окружающей действительности было именно таким: вот она в том самом здании на первом этаже, холодный кафельный пол и холодный стены и такие же холодные кабинеты; она видит такое безжизненное тело своего любимого мужа, нехарактерный серо-зеленый цвет лица, а потом в руках заключение о смерти с единственным словом, которое было написано как приговор: инсульт.
Ей некогда было разбираться почему это произошло, и почему так случилось, что в его случае это был летальный исход, она продолжала дальше наблюдать за собой со стороны: вот она в черном платке, вот много людей, вот она прощается с ним навсегда… Кто-нибудь задумывался какой ужасный оттенок может приобрести слово «навсегда»? Ведь оно стало в сознании Вики родным слову «никогда»… Больше никогда они не встретятся, никогда не поедут вместе в отпуск, никогда он не откроет дверь своим ключом… Еще пару дней назад она провожала его на работу, наглаживая для него свежую рубашку, еще вчера он обещал сыну, что поможет ему разобраться с физикой, еще вчера они вместе строили планы на пару недель отпуска, которую решили выкроить совместно и отправиться к морю… Все это в прошлом, в недалеком, таком близком, но прошлом. Все рухнуло в один момент, в один день, теперь этого уже не будет никогда.
И вот снова она видит себя со стороны, свежая мокрая земля, стук ее комьев о деревянную крышку… Она, пожалуй, никогда не забудет этот звук, а потом снова запах нашатыря, чувство физической боли от укола, который ей заботливо делала медсестра скорой помощи, запах ладана и свечей, мелькание черных одежд родных и друзей, участливые реплики его коллег. А потом пустота… Наступила такая страшная для нее пустота, она возвращалась в пустую квартиру, ложилась в пустую постель, утром провожала сына в школу и совсем одна пила кофе. Она даже вкуса его не чувствовала, только характерную горечь… Пустота была вокруг, пустота была в душе, пустота была в постели…
А потом как по заказу вскрылись долги мужа, нет – их было не много и суммы не критичные, но ей пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы справиться со всем этим.
Кто сказал, что время лечит? Вика тоже так думала, вернее так уговаривала себя, но чем больше проходило времени, тем острее она ощущала пустоту, которая окутала всю ее жизнь. Каждый раз, когда происходило что-то в ее жизни, хорошее или плохое, каждый раз она думала: «А вот тебя теперь нет. А ты бы мог радоваться этому вместе со мной…» или «Вот если бы ты дожил до этого момента, мы бы вместе справились. Ты бы мне обязательно помог…» Каждый раз, когда в ее голове появлялись такие мысли, она острее прежнего чувствовала, что рядом нет того человека, которому доверяла, в котором видела свою опору и защиту.
У нее не было времени на долгое заламывание рук после потери любимого человека, да – это было невосполнимо, но ей нужно было двигаться дальше. Нужно было решить массу проблем с его бизнесом, в конце концов продать его, проблемы с накопившимися долгами, машиной… И это не считая мелких проблем, которые в том числе касались и повседневной жизни.
За этот год Вика научилась быть сильной, стойкой, мудрой, решительной. Вспомнила все навыки, которые когда-то ей привил отец, просто он очень хотел сына, а получилась Вика. Он научил ее в детстве менять розетки, пробивать слив в ванной, а в случае необходимости менять смеситель, уже будучи взрослой и самостоятельной она сама научилась следить за исправностью своей машины, менять колесо в случае необходимости, следить за уровнем жидкостей. Любую сложность она воспринимала не как факт, который должен ее сломить, а как призыв к действию – она должна научиться решать и эту проблему. В то время, как ее ровесницы штурмовали мастер-классы в интернете по рукоделию и мейк-апу, Вика училась менять масло в машине, прибивать полки с помощью шуруповерта, попутно решать проблемы в бизнесе и воспитании взрослого сына, у которого через год должны были быть выпускные экзамены.