Сто десять на спидометре… Сто тридцать… Сто пятьдесят… Черный внедорожник вывернул слева от Игоря, развернувшись через две сплошные – тот самый случай, когда слева не должно было прилететь, но прилетело… Игорь резко выжал тормоз, машину повело… Визг тормозов… Но затормозить до конца он уже не успел. Удар! Звук разбившегося стекла и скрежет металла… И темнота…
Игорь.
Твою ж мать, не успел… Голоса людей и вой сирены скорой надо мной – значит жив. Нет сил даже глаза открыть, боль адская в груди – дышать могу с трудом, а ниже пояса ничего не чувствую. Запах крови… Тошнит… Сильная боль в левом плече – обеих рук не чувствую… Боль в правом предплечье от укола… Значит одна рука в порядке…
Попытался открыть глаза – не получилось, такое ощущение, что слиплись веки… А после укола чувствую, что отключаюсь…
***
Вика.
День Вики не задался, сегодня все валилось из рук в прямом и переносном смысле. Началось с того, что за завтраком она пролила на себя кофе – пришлось переодеться, машина утром завелась только с десятого раза, она уже отчаялась, думала придется сдать в ремонт и ехать на такси, в двух магазинах ушли на больничный двое продавцов – остальные не справлялись… Вика была в мыле, моталась весь день по рабочим делам. К вечеру уже окончательно выдохлась, когда ее телефон отозвался звонком и на дисплее высветилось «Ирина - дизайнер».
- Ирина? – Вика вопросительно приняла вызов, ведь после открытия магазина «Stylish man» их мало, что связывало.
- Вик, привет… - Ирина мялась, - Я не совсем уверена, что правильно делаю, что звоню… Может ты меня пошлешь, конечно, ко всем чертям… - голос ее дрогнул, - Но мне кажется, что ты должна знать…
- Что случилось? – у Вики холодок пробежал от затылка до самого кобчика.
- Игорь… Он сегодня утром в серьезную аварию попал…
- Ира! Ты мне скажи – он жив?! – У Вики мгновенно кончики пальцев стали ледяными, подкатила тошнота и тот самый сладкий привкус, который она когда-то уже ощущала там – в больнице…
- Он в очень тяжелом состоянии… Областная больница… палата 308… третий этаж… отделение травматологии…
Вика тут же сорвалась с места, себя не помня завела машину, трясущимися руками переключала скорость и молила только об одном: «Только живи! Не оставляй меня…»
Она отчетливо ощущала, что что-то ушло из-под ног, что-то уходило из-под контроля как песок убегал сквозь пальцы, она как будто пыталась все удержать и не получалось. Чувство отчаяния и бессилия охватило ее с ног до головы – это самое ужасное, когда не можешь помочь дорогому и близкому человеку.
Светофор в очередной раз загорелся красным, и Вика с визгом тормозов остановилась: «Да что ж такое!» - из глаз хлынули слезы, она смотрела на секунды, которые вели обратный отсчет и ей казалось, что это обратный отсчет их с Игорем жизни, тех минут, которые они могли провести вместе, а теперь…
Вбегая по порожкам той самой Областной больницы, она испытала стойкое чувство дежавю, все это уже было чуть больше года назад, те же порожки и те же двери, тот же холл и коридоры, ведущие к лифту и лестницам, даже люди, идущие ей навстречу, казались теми же. Тогда год назад она бежала с надеждой на то, что ее пустят к мужу. Теперь она бежала с другой надеждой – надеждой на то, что жив, что она успеет к нему и все-все обязательно скажет.
***
Игорь.
Как же тяжело было открыть глаза, он так хотел взглянуть на место, в котором оказался. Какая-то нетипичная прохлада была вокруг него, чуть приоткрыл веки и тут же зажмурился от ослепительной белизны стен, которая ударила по глазам. В правую руку снова делали укол – это чувствовал безотказно и все же еще раз приоткрыл глаза, в изножье кровати стоял рослый полноватый седовласый мужчина лет шестидесяти, в очках и белом халате. В нос ударил запах спирта от ваты, которой зажали место укола.
- Очнулись, Игорь? Я ваш лечащий врач Владимир Борисович. – Послышался теплый голос врача, - Ну и напугали же вы нас…