Я успокоилась. Пришла в норму, и уже не помнила того окна и вечернего звонка, когда-то любимого человека. Конечно же, нельзя разлюбить в один миг, но боль притупилась и его облик покрылся густым туманом. Я начну всё сначала. Здесь. В доме, где меня любят.
Пронянчившись со мной столько времени Елена вынуждена была уехать к заказчику. Я напрашивалась тоже, но тётя отказала, так как человек он был вспыльчивым и неуравновешенным. В другой раз, сказала она.
И я осталась за главного. Выспалась. Приняла ванну. Занялась приборкой, продолжила изучение журналов по дизайну интерьера. И на третий день уже много чего для себя открыла и знала про это дело. Ближе к четырем часам вечера принялась за готовку ужина. И готовила я с такой любовью, как не готовила никогда. Безумно приятно кормить горячим ужином дорого сердцу человека. Тут же размечталась, представляя наши с ней вечера.
Как я готовлю, жду её дома, обнимаю, целую и усаживаю за стол. Мы кушаем и обсуждаем прошедший день. Такая простая и важная вещь – быть вместе. Уметь уступать, и поддерживать друг друга во всем. Печально, что с мамой так не получалось. Мама… она до сих пор не знала, где находился её единственный ребёнок, разъезжая по важным делам и новым ухажерам. Брррр. Сколько я их перевидала за свою жизнь с ней.
- Доброго дня хозяйка! – неожиданно донесся из прихожей задорный, молодой, сильный мужской голос. – Ёлочку принимай!
Упс! Ёлочку? Я чего-то не знаю? Готовку пришлось отложить на время. Я убавила огонь на плите, и прикрыла котлетки крышкой, чтоб не пригорели. Сполоснула руки теплой водой, и протерла махровым полотенцем, автоматически повесив его на плечо. Уж не знаю почему, но я так делала всегда, когда готовила.
- Хозяйка, ау! – послышалось снова. Я вздрогнула. По голосу было понятно, что в прихожей хозяйку ждёт молодой мужчина, а с ними у меня в последнее время как-то не ладилось… и показывать своё некрасивое рыжее личико мне жутко не хотелось. Время шло, и нужно было что-то предпринять.
- Хозяйки сейчас нет, - прокашлялась я. – Оставьте, пожалуйста ёлочку в прихожей. Она перезвонит вам чуть позже.
- Кх, кх, кх, - донеслось в ответ. – У меня здесь ещё посылочка, в которой нужно расписаться… Обратно на почту поеду, свои и вашу увезу. Очень бы не хотелось кататься два раза.
Тысяча чертей! Что ж за невезуха! Сгинешь ты или нет?! Придётся выйти и поставить подпись, а я как назло, не причесанная, не накрашенная, в чёрных лосинах и смешной футболке с ананасом на груди. Подкралась к входной арке, прислушалась, вдохнула побольше воздуха, и выглянула наполовину головы. Смотрелось, надо сказать, презабавно.
- Привет, - не смело пролепетала я, слабо улыбнувшись.
- Привет, мышка-норушка, - ответил приятный голос. – Выходи из норки, ловить не стану.
Небеса обетованные! Что я вижу! В нашей прихожей, с ёлочкой в руках, стоит Божество! Высокий, крепкий мужчина лет тридцати пяти. На нём джинсы, солдатские ботинки, и теплый свитер. Но даже всё это изобилие одежды не в силах спрятать его прокаченной мускулатуры. Вот это богатырь! А лицо… его дьявольски красивое лицо… такое правильное, такое выразительное, и такое брутальное. Милый друг, скажи где тебя изготовили? На какой фабрике делают такое совершенство? Залюбовавшись незнакомцем, сама не поняла, как вышла к нему навстречу.
- Ноги не застудишь, красавица? – по-доброму усмехнулся Аполлон, и взглядом показал на пол. - Ходишь босая. Не лето на дворе.
- Я привыкла, - уже смелее ответила я, не узнав своего голоса. - Закаленная. Не люблю тапочки или носки. А вы, судя по всему, врач - наблюдательны и печетесь о чужом здоровье. – Ну вот зачем я это сказала?
- И, да и нет. Я спасатель. В МЧС работаю, - изрек собеседник и прислонил ёлочку к стене. При этом движении мышцы так и заходили под свитером и обтягивающими джинсами. Я как рыба хватанула ртом воздух. Куда пропал весь кислород?
- Круто, - без тени лицемерия нашлась я с ответом.
- Ещё как, - по-мальчишески задорно подхватил он, и всё-таки выдавил из меня скромную улыбку. - А ты значит у нас не хозяйка? Елену знаю давно. Я племянник соседа справа, частенько гощу у дяди, но тебя вижу впервые.