- Всё, что исходит от мужчин ты принимаешь в штыки. Колючая и осторожная, как ёжик, - уже серьёзно проговорил собеседник, и отложил посылку, засунув бланк в карман. – Ну ничего. Всё пройдёт. Жизнь она такая: мужчины обижают женщин, женщины обижают мужчин. Но существовать друг без друга не могут. От природы не убежишь.
- Очень интересная теория, - сыронизировала я.
- Хорошо. Тогда я побежал пока почта не закрылась. Приятно было познакомиться, красавица, - протянул руку мужчина.
Опять! Что это? Кто из нас тронулся умом? Или ему нравится прощаться? Кто их спасателей знает, что у них в голове в связи со спецификой работы. И опять я замешкалась. Во второй раз. Прикоснуться к нему снова для меня наравне с разрядом электрического тока.
Но мужчина не спасовал. Тряхнул рукой, и протянул её ближе, при этом тепло улыбнувшись. Опять эти ямочки! Бальзам на душу. Не знаю зачем, я протерла ладонь об полотенчико, висевшее на плече, и подала трясущуюся руку. Крепкая мужская рука в мгновение ока утопила мою кисть в своей. И снова тепло и приятно.
- И мне приятно, - ответила я на улыбку, бесстрашно заглянув в бездонные глаза, но что-то меня насторожило. Цвет глаз или разрез. Трудно понять. Скорее всего, это из-за смены освещения или моего перевозбуждения. Точно. Одно из двух.
- Ты прелесть моя, так и хочется тебя потискать, как котёнка, - забавляясь, неожиданно выдал тот, и обхватив меня свободной рукой, притянул к себе. Высвободил вторую, и за талию поднял в воздух, закружив вокруг себя.
- Ах! – только и смогла воскликнуть я. Смена положения, высота и новые прикосновения так ошарашили меня, что я перестала дышать, крепко вцепившись в мужские запястья, будто меня хотели утопить или сбросить с высоты.
- Невесомая, как пёрышко. Нужно кушать больше, а то ветер унесёт, или кто-нибудь другой, - подмигнул он, - а ты и отпора дать не сможешь.
Спасатель поставил меня на место, и потрепав по щеке, как маленького ребенка, громко расхохотался над моими округлившимися от ошеломления глазами. А я лишь беспрестанно хлопала ими, парализованная такой выходкой.
- Мне пора. Надеюсь, что ещё увидимся, - сказал он, и с большой неохотой вышел за дверь. Было видно, что мужчина хотел остаться и пообщаться со мной дольше. Вот только боюсь у меня от этого странного общения начнёт глаз дергаться.
Я осталась одна. Начала дышать, снова прошла на кухню и выпила водички. Присела за стол, и всмотрелась в окно, за которым кружил крупный снег. Как красиво! Уже хорошо стемнело, и с улицы лился свет мощных фонарей, в люксовом потоке которого сверкали большие снежинки. Странный вечер выдался сегодня. Казалось бы, ничего и не произошло, но и произошло много чего значимого. Вот так проживаешь дни, недели, месяцы и года, не получая от жизни важных событий, и за один обычный вечер происходит то, что полностью переворачивает и меняет жизнь.
В прихожей снова что-то с громыхало. Я очнулась, переведя взгляд туда. Сердце замерло в груди в ожидании ещё одного появления Игната. Но отмерло и наполнилось теплотой, когда в прихожей появилась Елена.
- Уф, - дышала она, стряхивая с шапки и шубы маленькие сугробики. – Стефания, я дома!
- Привет, - выскочила я навстречу и повисла на шее у тётушки.
- Привет, родная моя. Как вкусно пахнет, - чмокнула она меня в макушку и погладила по спине.
- Чем? Котлетками или свежей елью? – Мне стало интересно, как она относиться к новому году.
- И котлетками и ёлочкой. Какая большая и должно быть пушистая! – осмотрела она лесную красавицу. – Поужинаем и нарядим. Голодная, как волк.
- Хорошо, - пребывала я в приподнятом расположении духа, сама, не зная, то ли от появления любимого человека, то ли от знакомства с загадочным спасателем. Наверное, от обоих факторов. -Переодевайся, умывайся, я пока на стол накрою.
Нет ничего приятнее, чем кормить вкусной едой дорого сердцу человека. Накрывая ужин, я летала, словно выросли крылья. Накладывала второе, расставляла приборы, наливала морс и резала хлеб. И всё так красиво, и так аппетитно. Готово! Можно кушать. Через пять минут спустилась Елена, уставшая и обессиленная. Я усадила её за стол и пододвинула тарелки.