... С Димкой Оля смогла выдержать всего пять дней, не больше, не меньше. Бывший одноклассник оказался совершенно невыносимым в быту, тошным субъектом с кучей бзиков и комплексов. Первые две ночи Оля наотрез отказывалась с ним спать – даже невинное прикосновение Димы заставляло ее внутренне обмирать от отвращениея. Видя, что не вызывает у нее никакого желания, Дима дулся и психовал, швырял на пол вилки и вообще все, до чего успевал дотянуться.
- Ты чего выпендриваешься? Зачем я тебя сюда брал?!
- Дай мне время, Дима! Я должна хоть немного к тебе привыкнуть, ну как же ты не понимаешь,- просила его Оля, но в ответ слышала лишь визгливые отповеди о хитрых бабах, которые только и ждут, как бы пожить за чужой счет, продинамив доверчивого парня, который попался им на крючок.
На третий вечер Дима поставил вопрос ребром – или ты отдаешься, или мы разбегаемся. Оле очень хотелось уйти прямо сразу, ей было противно прикасаться к нему даже кончиком пальца, но ведь тогда будет считаться, что она никому не отомстила, не смогла переступить через свое дурацкое чистоплюйство... О той, первой своей измене она уже практически не помнила – это было сделано под влиянием алкоголя и стресса, а значит – не считается. Дима – вот ее инструмент мщения неверному жениху!..
После ультиматума, поставленного сожителем, она позволила Диме почти все, о чем он так вожделенно мечтал с девятого класса. Соитие было ужасным, но после него все стало еще хуже. Диму бесила ее холодность, Олю раздражало его желание непременно совокупиться с ней анально, и обоих страшно тяготило растущее недовольство друг другом.
Дима сорвался первый. Вернувшись на следующий день с работы, он обнаружил комнату неубранной, обед – неприготовленным, белье, постиранное сутки назад, так до веревки и не добралось, а Оля, вместо того, чтобы броситься к нему с радостным лепетанием, безучастно лежала лицом к стене.
- Это что такое?!- спросил Дима петушиным фальцетом.
- Я спрашиваю – что! Это! Такое?!- заорал он, когда ответа не последовало.- Ты, чертова ленивая корова! Ничего, нет, ну ничего же дома не сделала!..В постели бревно бревном, так хоть бы хозяйством занималась, блин! Лежит, бляха, мировой скорби предается! Мужик от нее сбежал!..Потому и сбежал, что...
- Замолчи!!!- закричала Оля, срываясь с места.
- Носки мужу постирай!- завопил и Дима, швыряя в нее двумя дурно пахнущими комочками.- Белоручка! Принцесса, блин, недоделанная!..
Связывай этих двоих хоть какое-то подобие настоящего чувства, спустя полчаса они бы уже помирились. Но в том-то и дело, что чувств тут не было и в помине – даже элементарной симпатии, одно лишь отвращение к тому, с кем так неосмотрительно связался.
Ни говоря ни слова, Оля собрала свои вещи.
- Слава Богу, хоть намек до тебя дошел,- мстительно фыркнул Дима, но вряд ли она его услышала.
Скорее, скорее бежать из этой квартиры, забыть все, что связано с Димой, как страшный сон!
Хотя...
Как ни странно, положительное воздействие эта нелепая связь все-таки оказала – рана, нанесенная Ромкой, теперь болела гораздо меньше. У Оли даже появилась слабая надежда, что скоро эта рана зарастет совсем и можно будет жить дальше.
Она вернулаясь домой, погрузилась в обычную рутину «дом-институт-снова дом», занялась спортом, и уже месяца через два стала напоминать себя прежнюю. За ней снова стали ухлестывать знакомые мальчики и, никого особо не приближая, она все же получала удовольствие от их то робких, то нахальных поползновений. Верная Галка взяла на себя роль кульмассового сектора. Она фонтанировала идеями и повсюду таскала за собой Олю, не позволяя той закисать.
... Ну а потом, к тому моменту, когда Олина жизнь наладилась окончательно, в нее снова вторглись Родзянко.
Глава седьмая.
Ни Оля, отставленная за ненадобностью невеста, ни Вероника, горе-теща, знать не знали, что происходит в той семье. Люба им не звонила, Стеша с мужем тоже на глаза не показывались. Нечастые попытки Вероники поговорить по телефону с подругой никакого успеха не возымели.
-Перезвоню,- равнодушно сказала Люба еще в первый раз, шлепнула трубку на рычаг, да так больше и не объявилась.
...В одну из суббот Оля с матерью отправились на базар за покупками, и там, среди ларьков, нос к носу столкнулись с Ромкой . Оля даже сразу и не узнала, кто это – ханыга и ханыга, в свитере с драными локтями, в дурацких вельветовых штанах...
Узнав, ахнула. Что стало с вечно щеголеватым Романом Родзянко? Раньше он и в экспедиции свои отправлялся в униформе чуть ли не от Армани. Как же это может быть? При такой хозяйственной жене он выглядит, как настоящий бомж!..