Жестокое у них понятие о любви, ничего не скажешь. И все же, мне кажется, он преувеличивает.
Смерив демона внимательным взглядом, теперь понимаю, откуда взялось его любимое чувство.
Но он настоящий брат, каким и должен быть, пусть и эгоист немного. Но уж чего у демонов не отнять, так это чувство собственности.
— Ладно, — взмахнув рукой и заложив руки под голову, откидываюсь на спинку кресла. — Нам не переубедить друг друга, сколько бы мы не говорили. И дело тут не в гордости или упрямстве. Мы с тобой слишком разные. У меня нет того, чем можно дорожить, поэтому мне безразличен мир вокруг.
— Как же твой Учитель?
— Ну… знаешь, чем дальше и дольше я от него, тем у меня все сильнее крепнет одно чувство. Я не знаю, как это описать. Будто… я ставлю под сомнение само его существование в моей жизни. Ну да он был со мной, но сейчас его нет рядом. Я даже не знаю, что сказать ему при встрече…
— Ты изменилась, после того, как побывала в мире теней… — тихо прошептал желтоглазый. — Смерть меняет не каждого, но чтобы настолько, чтобы оборвать единственную связь… это пугает, Хасура.
Взглянув на принца и легко улыбнувшись, пожимаю плечами.
Может он и прав… как-то все безразлично стало.
— Ты продолжишь начатое?
— А как же иначе, Ашерис? Мне больше нечем заняться…
— Так это всё от безделья?! — воскликнул он, внезапно разозлившись. — Тебе что нет дела до него? Лишь бы было, чем заняться? А как же его чувства?
— Чувства… Учителя…
Возведя взгляд к черному потолку, пытаюсь припомнить, хотя бы малейшее их проявление, но на ум ничего не приходит. Он всегда ведет себя по одинаковому, а его настроение можно угадать лишь по поступкам. Но и таковых он почти не совершал.
Есть ли они у него?..
— Не знаю, чувствует ли он тоже самое. Он взял меня в ученицы при странных обстоятельствах, ничего не спрашивая. Просто проходил мимо моей деревни, пылающей в огне, и увидев меня, предложил пойти с ним. Стать… его ученицей. Он даже имени моего не спрашивал, я сама его сказала. Его предал лучший и единственный друг, поэтому иногда он смотрел на меня так, будто ожидал того же. Есть ли у него чувства? Слышал ли он теней? Я ничего о нем не знаю.
— И ты не спрашивала, зачем?
Чуть улыбнувшись при воспоминании о равенстве с ним, закрываю глаза.
— Нет, я не спрашивала. Кажется он говорил, что мы похожи и он увидел это во мне при первой встрече.
— Был ли он твоим идеалом?
— И да и нет. Мне хотелось только его силы и знаний, его взгляд на мир и его идеи меня не волновали. Если он и знал о моей эгоистичности и самостоятельности, то он молчал или не замечал этого. Я всегда испытывала к нему противоречивые чувства, ведь я не знала ничего о нем. И сейчас так же.
— А если бы был… шанс узнать его? Ты бы воспользовалась им?
Шанс… узнать его…
Приоткрыв глаза и взглянув в пространство перед собой, слегка удивленно вдыхаю холодный воздух вокруг. Боль демона перестала ощущаться, а я даже не заметила.
Не значит ли это… да нет, он ещё жив.
Шаги в коридоре постепенно становятся громче. Демон от растерянности даже привстает с кресла, ожидая, пока кто-нибудь не войдет. Но вот наконец в дверях останавливается силуэт его брата. Выглядит он гораздо лучше и даже мертвенная бледность ушла, вместе со шрамами. Он слабо улыбнулся, взглянув на братца.
— Теперь я в порядке, братишка. Моя очередь тебя защищать.
Растерянность Ашериса перерастает в недоумение.
— А ты чего хотел? Отсиживаться на моем месте, а кто уроки прогуливал?
— При чем тут уроки? — ошарашенно переспросил Наследник.
— При том, дурачок! Ты же в политике совсем не разбираешься! Ну и как мне тебя отдавать в верхний свет с такими знаниями? Мне же будет стыдно за своего глупого брата!
Рассмеявшись, я привлекаю к себе их внимание.
Вот что значит… узы.
— С выздоровлением, Шэриана. Рада, что ты поправился. Твоя магия вернулась?
Подозрительно сузив глаза, он тем не менее спокойно отвечает. Но от меня не укрывается вспыхнувшее в его глазах недовольство.
Неужели догадался?.. или же… только подозревает меня?