— Аш? — мой спокойный голос не очень-то похож на мой, его звучание заметно изменено магией. — Кто это? Он играет «Черные струны…» никогда не слышала.
— Конечно, он их сам придумал. Не думал, что кроме демонов их слышит кто-то ещё.
Почувствовав чужую ладонь на своей щеке, вздрагиваю, чуть обернувшись.
Но лицо демона почти полностью закрывает черно-золотая маска, оставляя открытой лишь уголок, из-за которого видна усмешка, остальной образ будто не запоминается. Этот же демон лизнул капельку моей слезы.
— Забавно, я запомню… Черная принцесса, — задумчиво протянул голос. — А всё потому, что ты первая вошла в зал.
Неужели… слышал…
И махнув мне рукой в перчатке, он уходит в конец зала. Оттуда доносится мелодия, став несколько тише при нашем разговоре. От неприятного чувства, оставшегося на душе меня спасает знакомый голос и приближающиеся шаги.
— Заводишь сомнительные знакомства и без меня, — лукаво замечает экзорцист.
— Извини… случайно вышло.
— Так ты слышишь музыку? О ней все знают, но лишь демоны слышат.
— Это потому, что у меня артефакт с демонической магией, — нахожу простую подсказку. — Моей заслуги в этом нет. Разочаровываю? Мы кстати без этикета обходимся?
— Ты и этикет вещи несовместимые, — учтиво пояснил брюнет. — А демоны его вообще никогда не соблюдали. Да, и черных магов большинство тоже. Удивил?
— Подразни мне ещё тут…
Махнув рукой, я прохожу вглубь зала, слыша за спиной приближение напарника.
За завесой темноты в конце огромного зала расположился второй этаж с местами для учителей, а под ним сцена с музыкальными инструментами, полураскрытая черными занавесями. Но за пианино уже никто не сидит и музыка уже растворилась в тишине, оставив себя лишь в памяти.
Кстати неплохая мысль, надо сделать запоминающий артефакт…
Оглядевшись, ищу неприметное место в тенях у стены неподалеку от сцены. То место не увидеть из первой части зала, а во второй можно лишь подойдя к краю сцены или со второго этажа. Кивнув себе, подхожу к ровной черной стене, не боясь прислоняюсь к ней спиной и скрещиваю руки, смотря в наполняющийся потихоньку зал. Экзорцист становится неподалеку, так же прислонившись к стене. Его цвета составляет белоснежные узоры на темно-фиолетовой маске, почти черной, как обсидиан. Да и одежда таких же цветов, только в отличии от девушек, парням нужно одевать черные мантии.
— Тут останешься?
— Пожалуй, а чем займешься ты?
— Пока не знаю, но слышал, что тут многие затевают всякие проделки, так что в первую очередь за тобой приглядывать буду. И ещё… видел того вампира, что нас приглашал тогда в шестнадцатый зал. Говорит сегодня у них тоже будет выступление, только тихое нормальное, прямо тут. Наверное послушаю где-нибудь неподалеку, а то к тебе так и тянутся занятные личности. Ещё поищу Рэки, поздороваюсь. Благо её я всегда узнаю, так как магию смерти не скроют даже учителя, а видят её только экзорцисты.
— Что ты имеешь в виду? Она мертва? — шепотом спрашиваю, не поворачивая головы.
Учитель мне как-то рассказывал… что-то вроде этого да и я тоже могу посмотреть.
— Впрочем не отвечай, надо будет сама гляну.
— А ты можешь? — удивился он.
— Пока нет… но могу создать подходящий артефакт, когда алхимию подучу.
— Знаешь ли… — зловеще тихо прошипел парень. — У меня возникает чувство, что ты знаешь все самые опасные магические вещи, включая магию смерти, а обычных вещей не знаешь, что даже страшно. Тебя что как оружие растили или есть ещё какая-то причина?
— Ну… меня Учитель нашел когда мне было семь… А он уже прошел несколько войн, увидел много в жизни, поэтому и старался учить меня всему, что поможет мне выжить. И он часто оставлял меня одну, даже в самых суровых местах. А прячусь я от него не потому что его боюсь, а потому что он так говорит делать. Ну… скрываться учит ото всех. Правда у меня ещё ни разу не получилось, зато его самого никогда не найдешь, если только совершенно случайно или он сам позволит.
Да уж… и не скажешь ведь, что все наоборот было. Мне всегда хотелось после того случая стать великим черным магом, но никто бы не стал учить меня и брать ответственность за только что раскрытый и неподконтрольный дар. Но Учитель и сам согласился не за просто так… пусть у него и была бескорыстная причина, он все же назначил свою плату за знания, правда никогда не упоминал её с тех пор…
Приложив руку ко лбу, тихо вздыхаю.
Потянуло что-то на воспоминания…
— Прости… забыл о нашем негласном правиле не интересоваться прошлым друг друга, — неловко улыбнулся Кериан, напомнив мне того парнишку в лесу.
А ведь он изменился… или кажется таким.
«И в магии смерти хорошо разбирается».
Голос Рессы заставляет меня вздрогнуть и оглядеться по сторонам, но её кровавой персоны нигде не видно.
Воспоминание… интересно…
Взглянув на парня, тоже наблюдающим за фигурами в зале, неожиданно вспоминаю важную вещь, ранее ускользнувшую от меня.
Пусть это всего лишь неподтвержденная догадка, но Учитель ведь говорил, что экзорцисты, да и любые другие люди и маги видят ауру смерти лишь в четырех случаях. Во-первых, когда человека или мага проклинают. Во-вторых, когда у него есть дар смерти с рождения. В-третьих, если ему дарован этот дар от какого-то темного могущественного существа. И в-четвертых, если маг видел смерть близкого ему человека или же сам убил его.
И к Кериану подходят отнюдь не все. Лишь два последних. Да, и третье скорее всего тоже нет, а значит четвертое. Но такой как он наверняка не способен на убийство, даже незнакомого существа. А значит…
— Хару, нельзя быть такой умной, — грустно улыбнулся брюнет, чуть пригладив спадающую на один глаз челку. — И беспокоиться обо мне тоже не стоит, я ведь сказал, что буду тебя защищать, так что не беспокойся, хорошо?
— Я совсем не умею скрывать своих эмоций? — осторожно спрашиваю.
— Да нет, просто у меня артефакт специальный. На эмоции сильные реагирует.
— Извини… постараюсь больше не думать… об этом.
— Сделай милость, — спокойно улыбнулся он.
Однако я замечаю закрытые глаза.
Проследить бы за ним… да нет ни времени, ни возможности.
Вздохнув, обращаю внимание на повисшую тишину и оборачиваюсь к залу. Пока мы говорили уже собрались все адепты и учителя, даже Аёрис. Но вот ещё одна девушка заходит в зал.
Не заметить её вряд ли возможно, так как в кроваво-красном платье и с такими же кудрявыми волосами она единственная в зале. И последней пришла явно говоря: «Я не принцесса, а Кровавая Королева!» Вот тебе и секретность личностей, особенно таких ярких и напористых, как некроманты.
— И кто бы мог подумать, Королевой сегодняшнего бала становится Ресса.
— Кровавой Королевой?
— Прекрати усложнять мне жизнь, а? — не очень-то вежливо попросил экзорцист, но заметив мое все ещё возрастающее недоумение, поясняет. — Первый парень и девушка вошедшие в бальный зал становятся принцем и принцессой, соответственно они первые танцуют, не смотря на все ограничения. А Королева и Король приходят последними и они же завершают бал. То есть от танца ты уже не отвертишься, а кто первым зашел в зал я без понятия, так что могу лишь посочувствовать.
Почувствовав, как начинает кружиться голова, медленно вздыхаю.
А не тот ли это демон за пианино?
Но припомнив мелодию «Черных струн», полагаю, что не против с ним пообщаться.
Но танец… нет! И кто мне жизнь усложняет, как будто не мог заранее сказать?!
— Нечего возмущаться, я думаю, Рэки так специально отвела время.
— Она меня ненавидит?
— Да нет же! Наоборот посчитала достойной, но самооценка у нее все же завышенная.