После чего развернулся и совершенно спокойно пошел прочь. Я едва подавил желание ударить его «плетью» между лопаток, да и то лишь потому, что не был уверен, что сработает. Ну и внимание стражи привлекать было не с руки, тут он прав.
— Сиди здесь, — велел я ученице и пошел за человеком из Ордена.
Хранитель, значит. Посмотрим, чего стоит твой ранг против жреца Чёрного Круга.
Глава 15
— Я иду с тобой! — твердо заявила вдруг ученица.
Обернувшись, я смерил ее взглядом. Напуганное, но решительное лицо, страх отказа в глазах, губы сжаты, кулаки стиснуты так, что костяшки побелели. Четвертый, нет, уже пятый день знакомства, начавшегося для девушки не лучшим образом, и она уже собирается идти куда-то с двумя опасными мужчинами. Один из которых лишил ее воли, а второй — желает убить. Настоящая ванирская решимость. Или их же фирменное боевое безумие.
Конечно, у нее была более веская причина держаться меня — магия. Никто лучше меня не понимал, как тяжело отказаться от силы, которую уже имел возможность подержать в ладонях. Власть, уважение друзей и страх врагов, а для нее, как для женщины, еще и долгая неувядающая красота — вот чего она сейчас боялась лишиться.
Поэтому я кивнул. Девушка широко распахнула глаза, будто не веря в то, что я так легко согласился. Думала, буду возражать? А зачем мне спорить? Если я проиграю в этой схватке, то её все равно ждет смерть. Этот маг из Ордена убьет ученицу, как свидетеля или того, кто после может отомстить за меня. Неважно, останется она в кафе или пойдет со мной.
Ну, а если выиграю — продемонстрирую на практике, что такое бой двух одаренных. Учеба ведь не прекращается никогда. Прямо сейчас и начну.
— У заклинателя, — сказал я негромко, когда она поравнялась со мной, — Есть несколько основных стратегий для боя с разными противниками. Первый, который стоит освоить, это сражение с тем, кто магией не владеет.
— Почему? — нервно спросила Алина, не особо, кажется, вслушиваясь.
— Потому, что использовать эту стратегию тебе придется чаще всего, — пояснил я. — В нашей жизни до столкновения с другими чародеями еще довести надо.
Сказал, и понял, что немного покривил душой. В прошлой жизни, возможно так и было. Десятки, а для кого-то сотни лет развития, накопления опыта и мастерства, освоение тайн мироздания, заигрывания со смертью и демонами той стороны — никто не хочет потерять это в результате конфликта.
В большинстве случаев, чем выше ты поднимаешься по иерархии, по пути личного могущества, тем реже тебе приходится обретенную силу применять. Разменными фигурами как раз выступают неофиты, молодые, горячие колдуны, для которых страх потерять все еще не стал образом жизни.
Здесь же и недели не прошло, как я иду на бой с другим магом. С другой стороны, сейчас я тот самый молодой и горячий. Снова. Ладно, об этом будем потом думать. Если оно настанет, это «потом».
Я продолжил лекцию.
— Ставку в бою с обычными людьми надлежит делать на зрелищность, кровавые, но не всегда опасные раны, ведь задача мага в большинстве случаев не в том, чтобы уничтожить противников — потом они могут стать слугами или ценными заложниками — а напугать их и обратить в бегство. Скажем, бить не в корпус или голову, а в руки и ноги. Еще хорошо целить в живот — раненый так орет, что остальных его вопли деморализуют сильнее заклинаний.
Шедший впереди мужчина не слышал о чем мы говорили. Или слышал, но не придавал значения. Если так, то он весьма самоуверен. Что может быть хорошо — он лучшего мнения о себе, чем есть на самом деле, и плохо. Но во втором случае это уверенность маститого поединщика, а значит бой меня ждет минимум сложный.
— Но сегодня не тот случай, — продолжил я. — И поэтому будем рассматривать иную стратегию — бой против другого чародея. Тут многое зависит от школы противника, но главные принципы непреложны…
И замолчал, задумавшись на секунду — а как мне сражаться против нее? Потом, когда я научу ее пользоваться магией, а она сама разберется в этих своих линиях? Ведь настанет тот день, когда ученица решится бросить вызов учителю. Самому мне против ванирских Видящих выходить не приходилось, но то, что о них рассказывали, оптимизма не внушало.
«Внезапность, — решил я для себя. — Нужно действовать быстро и стремительно, чтобы не дать ей время на подготовку. Ее сила в этом».