Кристина не заметила ухода пасынка. Она только закончила возню с пирогами и сидела уставшая за столом в гостиной. Черри тихо открыл входную дверь и пробежал наверх. Здесь стало прохладно из-за открытого окна. Черри закрыл окно и закутался одеялом. Насморк раздражал, но не так сильно, как шершавое горло. Черри расстроился от неудавшейся прогулки и зря потраченного дня, уже третьего по счету. Подумать только, три дня дождя и болезни! Три дня, которые он, Черри, мог потратить на прогулки, работу и, наконец, школу! Хоть Черри и не очень любил это учреждение, но это всяко лучше, чем сидеть в четырёх стенах, словно в тюрьме. Такая тоска одолевала его сейчас! Еще болели раны на коленях. Если Кристина увидит, то будет отчитывать и сразу догадается, что он был на улице. Мальчик приложил ватные диски к ранам, предварительно смочив их перекисью. Она всегда стояла на одной из полок, предусмотрительно поставленная туда Кристиной в тот день, когда она переступила порог дома. Это ещё раз доказывало её заботу о мальчике, но искренности в этом Черри не видел. Он вообще редко видел настоящие эмоции.
После процедуры раны перестали щипать, крови не было. Черри остался доволен результатом. Так ловко он оказал себе помощь! Просто восхитительно, ведь теперь он совсем взрослый, раз может спасти себя от заражения крови! Гордый собой он сел за стол, чтобы приступить к выполнению школьного задания. Это заняло у него четверть часа, после чего он собрал рюкзак, небрежно закинув туда тетради и карандаши. В комнату вошла Кристина.
— Прохладно. — заметила она, но мальчик сделал вид, что не услышал этого.
— Завтра идешь на занятия? — спросила мачеха, увидев рюкзак.
— Да! — бойко ответил Черри.
— Твоё дело, только смотри, не простудись сильнее. Ты же пьёшь лекарства, что я принесла тебе?
Но ответ Кристина нашла сама, взглянув на стол, где лежали нетронутые таблетки и сироп от кашля. Тут она стала сердитой. Она не умела так красиво поднимать бровь, как Алиса, но зато демонстративно ставила руки в боки, что придавало её фигуре суровый вид.
Голос женщины не изменился, она не проявила ни капли злобы или недовольства.
— Почему ты не хочешь лечиться?
— Я лечусь.
— Но ты даже не притронулся к лекарствам!
— Не думаю, что они помогли бы мне.
— Я настаиваю, чтобы ты начал принимать их. Я не стану слушать отказа.
— Не буду.
Черри отвернулся от надоедливой мачехи и положил руки на подоконник.
Она ещё повздыхала, но, не получив ответ, ушла.
На следующее утро Черри встал рано, чтобы успеть забежать в булочную за плюшками. Пока Кристина спала, он прихватил с собой пару пирогов, понимая, что из-за вчерашнего разговора ему не следовало трогать их. Но ведь мачеха не заметит пропажи?
По дороге в школу располагалась булочная. Черри заглянул туда. У него было в карманах сто рублей, и он купил две плюшки с сахаром. Стоя перед кассой, он ещё немного подумал о покупке сладкой палочки с изюмом, стоившей всего тринадцать рублей. Но не решился. Всё-таки еда была, так зачем тратить больше денег? Если разумно экономить, то можно отложить немалую сумму по итогу месяца. Эта мысль согревала Черри, она давала ложную надежду на быстрое скопление большой и ощутимой суммы. Она хоть раз посещает каждого в моменты, когда ему удается воздержаться от импульсивной покупки и после довольно похлопывать себя по кошельку, прикидывая в уме, сколько можно выручить деньжат за год, если в неделю или в месяц проворачивать такие экономические схемы.
Плюшки были тёплые и сладкие, поэтому Черри сразу же съел их. Подходя к школе, он почувствовал лёгкое нежелание посещать занятия, ибо после трапезы тянуло в сон. До урока оставалось пятнадцать минут, и мальчик сел за свое место, скучающе поглядывая в окно. Остальные ученики веселились и резво бегали по кабинету. Где-то слышались ссоры, где-то смех. Три девочки столпились у одной из парт, чтобы показать друг другу новые браслеты из бусин и стеклянных цветов. Черри засмотрелся на девочек, погрузившись в свои мысли. Их фигуры расплывались перед глазами, и он не сразу заметил, как одна из них, Лилия, подошла к нему.