Пролог
В Альпах не бывает тихих ночей. Здесь либо воет ветер, либо шепчут мертвецы.
Я прижалась спиной к холодной каменной стене, стараясь не дышать. Шёлковый подол моего алого платья — того самого, которое Кристиан назвал «дешёвым призывом к действию» — зацепился за кованую решетку. Но мне было плевать на платье. Мне было плевать даже на то, что мои туфли за три тысячи евро безнадежно испорчены сыростью подземелий.
Потому что в десяти шагах от меня, в неверном свете факелов, стоял он.
Профессор Кристиан фон Гросс. Человек, который днем читал нам лекции о ритуальных убийствах, а ночью, кажется, сам становился их главным героем.
— Выходи, Ассоль, — его голос прозвучал в тишине, будто щелчок хлыста. — Я чувствую запах твоего страха. И твоих чертовски приторных духов. Фу.
Я замерла. Сердце колотилось в горле, словно пойманная дикая птица. Я знала, что должна бежать, но ноги словно приросли к полу.
Он вышел из тени. Пиджак снят, рукава белоснежной рубашки закатаны до локтей, обнажая татуировки, которые не должны принадлежать преподавателю элитного вуза. Древние руны, сплетающиеся в змеи. И на его правой ладони… она. Стигма. Кроваво-красный знак, который пульсировал в такт моему собственному пульсу.
— Вы следили за мной, — мой голос дрогнул, но я выпрямила спину, привычно вскидывая подбородок. Даже в аду я не собиралась выглядеть жертвой.
Кристиан оказался рядом мгновенно. Слишком быстро для человека. Он прижал меня к стене, и я почувствовала жар, исходящий от его тела, несмотря на ледяной воздух замка. Его рука легла на мою шею — не сжимая, но напоминая о том, кто здесь хищник.
— Это ты ворвалась в мой кабинет, Волкова, — прошипел он мне в самые губы. От него пахло дорогим табаком, сандалом и опасностью. — Это ты искала то, что тебе не принадлежит. Знаешь, что в старину делали с любопытными девчонками?
— Просветите меня, профессор, — выдохнула я, чувствуя, как страх внутри меня странным образом превращается в тягучее, запретное возбуждение. — Поставьте мне «неуд».
Кристиан усмехнулся — язвительно, остро. Его пальцы скользнули чуть ниже, к ключице, где под кожей внезапно вспыхнула резкая боль. Я вскрикнула, когда увидела, как на моей коже, прямо под его ладонью, проявляется такой же знак, как у него.
Моя собственная Стигма.
— Наказание будет куда интереснее, — его глаза, в которых не осталось ничего человеческого, сверкнули в темноте. — Теперь ты принадлежишь не университету. И даже не себе. Ты принадлежишь Ордену. И мне.
Он наклонился, и я не знала, хочет он меня поцеловать или убить. В этот момент я поняла: моя сестра не просто исчезла. Она сбежала. И мне стоило сделать то же самое в первый же день.
Но было уже поздно. Моя кожа горела. Моя жизнь принадлежала монстру в идеальном костюме.
И, черт возьми, это было самое острое чувство, которое я когда-либо испытывала.
Глава 1. Блондинка в законе (и вне его)
Швейцарские Альпы встречают меня так, словно я их личный враг: ослепительным солнцем и ледяным ветром, который так и норовит испортить мою безупречную укладку.
Я паркую свой белоснежный кабриолет прямо у ворот университета «Монте-Луна», игнорируя знак «Только для персонала». Мои волосы — платиновый водопад, который стоил моему стилисту восьми часов жизни, — эффектно рассыпаются по плечам, когда я снимаю солнцезащитные очки.
— Ну привет, гнездо золотых кукушек, — шепчу я, глядя на готические шпили замка.
Вокруг снуют студенты. Повсюду слышна родная речь: кто-то обсуждает вчерашнюю тусовку в Куршевеле, кто-то жалуется на «невыносимую» сложность макроэкономики. Я поправляю юбку от «Miu Miu» — она настолько короткая, что мой папа-серьёзный дядя бизнесмен, наверняка бы добавил еще пару охранников к моему сопровождению, если бы только видел меня сейчас.
Ай, разумеется, все смотрят на меня. Парни — с плохо скрываемым голодом, девушки — со смесью зависти и калькуляцией стоимости моих туфель. Я привычно нацепляю маску «прелесть какой глупенькой блондинки» и ослепительно улыбаюсь. Это моя броня. Если люди думают, что в твоей голове только мысли о цвете лака для ногтей, они расслабляются. И тогда я узнаю их секреты.
А секрет, который мне нужен — это комната 402, где в прошлом году жила моя сестра Лиза.
— Девушка, вы загородили проезд моим амбициям и своему будущему, — раздается за спиной голос, от которого по позвоночнику пробегает стадо одичавших ледяных мурашек.