Выбрать главу

– Ты что, следил?!

Ответом мне служит плотоядная кривая ухмылка. Что за место чертово, здесь не люди, а сплошные рептилии…

​Я молчу, переваривая информацию. Кристиан — мой «тюремщик», который заставляет мое тело плавиться. Джулиан — «спаситель», который требует предательства. Кому из двух хищников верить?

​— Ты думаешь, твой отец случайно отправил вас сюда? — Джулиан делает последний ход. — Михаил Волков задолжал Гроссу не деньги. Он задолжал жизнь. И Лиза была первым взносом. Хочешь знать, кто ты в этой сделке?

​Воздух в комнате становится невыносимо густым. Я чувствую, как нити, которые я пыталась распутать, затягиваются у меня на шее. Мой отец продал нас? Нет, это не может быть правдой.

​— У тебя есть время до ужина, — Джулиан встает и направляется к выходу. — Если решишься — жди меня у западных ворот в полночь. С флешкой. И помни, Лиса: Кристиану ты нужна только до тех пор, пока ты подчиняешься. Я же предлагаю тебе свободу.

​Он уходит, оставляя после себя запах цитруса и липкое чувство страха.

​Я остаюсь одна в тишине. Что я имею? Фото отца, шарф Лизы и выбор, от которого зависит всё. Если я украду флешку, я узнаю всё о сестре. Но, вероятно, потеряю благосклонность Кристиана. По всем законам логики мне должно быть плевать – он мне никто. Но…

​Я подхожу к зеркалу и оттягиваю воротник. Метка на ключице пульсирует, словно живое существо.

​«Хитрая Лиса», — шепчет голос Гросса в моей голове.

​— Ну что ж, профессор, — говорю я своему отражению. — Посмотрим, насколько хорошо вы научили меня обманывать.

​Я выхожу из комнаты. У меня есть план. И если он сработает, я узнаю правду. Если нет — «Монте-Луна» станет моей могилой, видимо, как и для Адриана Ленца.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

​Я направляюсь к кабинету Гросса. Сейчас у него лекция у второго курса, и у меня есть ровно сорок минут, чтобы совершить самое большое безумие в моей жизни.

Глава 17. Код доступа

Коридоры административного корпуса вымерли. Сейчас у Кристиана лекция у второго курса — «Психология манипуляций». Ирония, достойная аплодисментов. Пока он учит других вскрывать чужие умы, я собираюсь вскрыть его личное пространство.

​На цыпочках проскальзываю в его кабинет. Дверь тихо щелкает, отсекая меня от внешнего мира. Здесь всё пропитано им: тяжелый запах сандала, холодный металл и старая бумага. Мое пятно под ключицей начинает мелко вибрировать, отзываясь на ауру комнаты. Чертова биологическая реакция на хищника, который вчера ночью перевернул мое представление о боли и удовольствии.

​«Соберись, Ассоль. Ты здесь за ответами, хватит растекаться розовой лужей», — приказываю я сама себе, вопреки легкой дрожи внизу живота.

​Неуверенно иду к массивному дубовому столу. Сейф. Где человек вроде Гросса может прятать сейф? Явно, не за картиной — слишком банально. Я провожу рукой по резным панелям стены за его креслом. Дерево под пальцами кажется неестественно холодным в одном месте. Нажимаю на едва заметный выступ в орнаменте, и одна из панелей с тихим шипением отъезжает в сторону.

Ух, ты! Вот это я Шерлок!

​Кодовый замок. Электронный, современный, со сканером.

​Я замираю. Откуда мне знать код? Джулиан сказал, что я «умная девочка», но одного ума тут явно недостаточно. Нужна зацепка.

День рождения Гросса? Понятия не имею, и даже боюсь знать правду, исходя из того, что его внешность за кучу лет совсем не изменилась… Девичья фамилия матери? Какая мать, тут же только цифры…

Я смотрю на клавиатуру и вспоминаю те цифры, которые видела в журнале «Архива №9». 2006. Год, когда мой отец и Адриан Ленц были здесь. Может, это тот самый год, когда всё и началось?

​2-0-0-6.

​Красный огонек сменяется зеленым. Замок щелкает. Надеюсь, я не потратила весь запас удачи, выданный на жизнь, за один этот день.

​Внутри сейфа царит идеальный порядок. Несколько папок, черный пистолет и… небольшая бархатная шкатулка. Хватаю её, не думая, и открываю.

​На самом дне лежит серебряная флешка с гравировкой солнца. Но под ней стопка старых фотографий. Я достаю их уже не так смело , и мое дыхание перехватывает.

​Это я.

​Мне здесь лет пять. Я сижу на качелях во дворе нашего старого дома в Москве. На следующей фотографии я в школе, на линейке в первом классе. Еще одна — мой выпускной. Фотографии сделаны издалека, сфокусированы на мне, словно за мной наблюдал профессиональный охотник.

​Меня прошибает холодный пот. Кристиан следил за мной всю мою жизнь? Еще до того, как я приехала в «Монте-Луну»? До того, как пропала Лиза?