– Ты, – выкрикнула она с убийственным вздохом, – какого черта ты здесь делаешь?
– Я…
– Что ты забыла за стойкой? – В ярости она уставилась на меня. – Разве я не велела тебе исчезнуть? Ты считаешь, что можешь прийти сюда и делать все, что тебе вздумается…
Она вдруг умолкла, и мы обе посмотрели на стойку: «Манхэттена» там уже не было.
Зора подняла голову и ужаснулась, когда заметила бокал на подносе официантки: напиток игриво поблескивал, когда попал на стол к Тосикаве. Я почувствовала, как Зора напряглась, но слишком поздно: японец поднял бровь, увидев любимый напиток в несколько непривычном виде, затем поднес его к губам и нахмурился.
Я почувствовала, как Зора снова сжала мое запястье. Это напоминало невротический тик. Похоже, она была готова меня убить.
– Ты… ты… – пробормотала она, разъяренная настолько, что даже не смогла договорить.
Я сглотнула, не осмеливаясь сказать ни слова.
Господин Тосикава оглядывал зал, видимо желая найти хозяйку заведения, а когда увидел, кивком пригласил Зору подойти к его столику.
– Тебе лучше убраться отсюда до того, как я вернусь, если тебе дорога жизнь, – прошипела она угрожающим тоном, чтобы не пришлось повторять дважды.
Она отпустила меня, и я поспешила забрать пальто и шарф.
Я не видела, как она пошла к японцу, а когда вынырнула из-под стойки, то вздрогнула: в зал вошла девушка с сережками в ухе и указывала на меня пальцем:
– Вон она!
Сердцебиение ускорилось. Навстречу мне с невероятной скоростью двинулся крупный мужчина из службы безопасности. Я схватила чемодан, шарф, быстро обошла стойку, но поскользнулась. Прежде чем я успела рухнуть на пол, меня схватили за руку стальной хваткой.
– К нам не пробираются тайком! – прогремел охранник голосом пещерного дикаря с иностранным акцентом.
Он сильно сжал мои пальцы, и я зашипела, как дикая кошка. Попыталась высвободиться, но совершенно бесполезно: меня грубо потащили к выходу, не обращая внимания на оставленный у стойки чемодан.
– Не трогай меня! – Я извивалась, когда мы проходили через двери.
Девушка отошла, одарив меня самодовольной улыбкой.
– До свидания, – отчеканила она, и внутри у меня все закипело от гнева.
Я оскорбила бы ее, если бы это не казалось еще более унизительным.
Мы прошли мимо стойки у входа, когда воздух в коридоре неожиданно прорезал властный голос:
– Сергей, подожди!
Мужчина встал как вкопанный, и по инерции я чуть не рухнула на него сверху. Я удивленно заморгала и обернулась, желая убедиться, что я не ослышалась: позади нас стояла Зора, этакая языческая богиня у врат прекрасного ада.
– Зора, она не заплатила за вход, – сообщила девушка милым вежливым тоном, но невозмутимую Зору, казалось, сей факт совершенно не волновал.
– Отведи ее наверх!
– Но…
– Выполняй! – приказала она Сергею, игнорируя протесты своего сотрудника.
Затем она снова исчезла за дверью в зал.
Охранник отпустил меня, и я резко отскочила от него. Потерла руку и бросила на него свой самый ядовитый взгляд.
– Сюда, – буркнул он.
Моя уязвленная гордость ревела и рычала, но я заставила себя сдерживаться, по крайней мере пока.
Я последовала за Сергеем.
– Еще увидимся, – сварливо прошипела я, проходя мимо девушки.
Уверена, я разозлила ее, но сделала вид, что ее реакция меня не волнует.
Сергей провел меня вверх по небольшой лестнице рядом с входом. Она привела нас на площадку, освещенную лампами под шелковыми абажурами, в стене виднелась резная деревянная дверь.
Мужчина открыл ее, приглашая войти. Я посмотрела на него настороженно, не спеша входить.
Оказавшись на пороге небольшого, элегантно обставленного кабинета, в свете ретролампы, создающей завораживающую атмосферу, я увидела атласные шторы, кожаные и бархатные кресла. Цикламеновые обои гармонировали с дымчато-розовыми абажурами и длинным диваном с ножками в форме львиных лап.
Я, оглядываясь, осторожно вошла. Кивнув Сергею, Зора последовала за мной, и охранник закрыл дверь. Я застыла посреди кабинета, а Зора на высоченных каблуках подошла к деревянному столу и пристально посмотрела на меня, она делала это бесконечно долго, казалось, напряженные минуты не истекут никогда.
– Что это было?
Нет необходимости уточнять, что она имеет в виду. Я девушка сообразительная и поспешила это продемонстрировать:
– Manhattan Reverse.
Любопытные глаза хозяйки пронзали меня насквозь, сияя, как драгоценности.
– Кто тебя ему научил?
Я молчала, без тени смущения выдерживая ее взгляд.