Сердце в груди застучало быстрее.
Он понятия не имел, что за женщина скрывается в этой хрупкой оболочке, но если бы сейчас распахнулась дверь и на пороге оказались бы стражники, стигматики, горожане — да кто угодно, желающий причинить ей вред, Эш не колеблясь перебил бы их всех.
«Какое хрупкое равновесие»…
Он вдруг понял, о чем говорил ворон.
Резко вернув простынь на место, он с трудом поднялся на ноги и раскачиваясь, как пьяный, прогрохотал прочь до гостиной, придерживаясь руками за стену. Плюхнувшись на лавку, принялся ватными руками набивать себе трубку смесью дурмана и змеиной травы.
— Син! — громко крикнул он. — Иди сюда!..
Едва услышав Эша, мальчишка ворвался в дом, будто все это время сидел прямо под дверью.
— Ну что? Как?.. — выпалил он, глядя на Эша, так, будто сейчас должен был услышать свой смертный приговор.
— Хорошо все. Помоги при…
Мальчишка бросился в спальню сестры, не дослушав Эша.
— … прикурить, — договорил Эш, заторможено глядя на пустое место, где только что стоял мальчик. Ругнувшись себе под нос, он кое-как справился с огнивом и с наслаждением втянул в себя горьковато-сладкий дым.
Впервые в жизни ему захотелось напиться. Не выпить, чтобы ощутить приятную расслабленность тела, а напиться до отключки и проспать весь оставшийся день до следующего утра без снов.
Прикусив мундштук трубки, он кое-как отмыл руки и лицо водой из бочки. Потом отыскал на столе среди свертков новую рубашку, надел ее и побрел во двор, к Полудурку. Взобравшись в седло, Эш чуть тронул бока коня пятками, и мерин послушно зашагал прочь.
— Эй, а ты куда?! — крикнул ему в спину выскочивший на крыльцо Син.
Еще чего не хватало — перед пацаном отчитываться!
— К выпивке и шлюхам! — не задумываясь, крикнул Эш через плечо, чтобы малой отвязался.
И в самый последний момент он заметил краем глаза в окне тонкий белый силуэт…
Он мысленно выругался, прикусив губу.
Пожалуй, про шлюх он все-таки напрасно брякнул.
Не рискуя переходить на рысь, Эш шагом доехал до перекрестка и направился к той части города, где, по словам торговца одеждой, любили проводить время старатели. Добравшись до первой же питейной, он остановился, привязал коня и побрел внутрь, попыхивая дурманной трубочкой.
Боль отпустила. Вместо нее появилось притупленное осязание и слегка искаженное ощущение собственного тела в пространстве, но это была малая плата.
Плюхнувшись за свободный стол, одиноко ютившийся в углу, Эш поднял руку и громко крикнул молодому светлобородому хозяину с передником вокруг объемного живота:
— Две можжевеловой!
Тот кивнул головой и полез под прилавок за стаканами.
И тут Эш почувствовал знакомое жжение в груди.
Материнская стигма запульсировала и забилась, почуяв въехавшего в город второго дингира. А следом за этим жжением пришла вторая волна, заглушая первую.
— Твою ж акаду… — пробормотал Эш.
Их двое? Одновременно? Или они вообще приехали вместе?..
И тут сквозь собственные мысли он услышал за спиной знакомый вкрадчивый голос.
— Не советую здесь можжевеловую пить. Разбавляют подслащенной водой, на вкус такая срань получается…
Он обернулся, и с изумлением увидел усмехающееся лицо Лиса.
Глава 14
Взгляд Эша, по всей видимости, был очень красноречив. По крайней мере, Лис расплылся в широкой улыбке, демонстрируя дыру промеж зубов.
— Что-то не похоже, что ты мне рад.
— А должен? — хмуро отозвался Эш.
Вор без приглашения плюхнулся за стол напротив.
— Да будет тебе… Что, боишься, я тебя местным законникам сдам? «Эй, люди добрые, ловите этого беглого!» — исказив голос, пропищал он. — «А ты почем знаешь, что беглый?» — сам себе ответил он басом. — «А то как же, мы ж с ним на одной цепи сидели!». Так что ли?
Эш хмыкнул.
— Ну знаешь, если бы все на свете умные были, так и дураков бы не было… — проговорил он.
Лис сделал хитрую противную рожу.
— Зачем зря обижаешь? Я вот тебе почти обрадовался. Интересно стало, как ты добрался сюда, да еще и без стигматика на хвосте?..
— Погиб стигматик, — ответил Эш.
— Удобно, однако… — протянул тот. — Повезло. То-то смотрю — прибарахлился, — он многозначительно усмехнулся. — … ножичек вон хороший завел. А напарника-то где потерял? Или тоже где-то тут околачивается?