По-хорошему, книгу стоило бы сжечь. Но у Эша не поднялась рука. Он спрятал перепись в огромном дупле старого дуба, чтобы как-нибудь потом еще раз внимательнее ее изучить.
И отправился в чащу на промысел.
Ворон после того разговора надолго умолк. Больше недели Эш не слышал его голоса. Охота продвигалась успешно: каждые два дня Хэн забирал у Эша тяжелые связки добычи и корзины со змеями и пауками. А еще в первую же встречу он привез парню подарок: двенадцать идеальных, похожих на птичье перо метательных клинков. Шесть из своей змеиной стали, и шесть — из стали его напарника по ремеслу.
— Мы решили, что сравнивать клинки честнее, ежели они одинаковые будут. После охоты скажешь, чья сталь крепче и злей, — многозначительно подмигнул ему Хэн, вручая кожаный ремень с вшитыми узкими ножнами и крепежом на бедро. — На вот, так сноровистей будет.
Эш сначала обалдел от радости, а потом нахмурился.
— Слушай, это слишком дорого, — сказал он. — Я не могу их купить…
— Так и нечего — не на рынке стоим, поди, — буркнул Хэн. — Так бери…
— Ты с ума сошел. Они кучу золота стоят! — запротестовал Эш.
И тут уже нахмурился Хэн.
— Бери, сказал! — и, понизив голос, добавил:
— Там народ шептаться начал про Живодера из Сорса. Новости-то следом бегут, никуда не денешься. Возьми клинки, парень. К сплетням-то рожа не пришита, но кто знает, что за компот тебя в городе ждать будет, когда пора придет возвращаться. А я видал, что ты с ними творить умеешь…
Больше он отказываться не стал.
Так у Эша появилось двенадцать клинков.
Или, если говорить точнее, теперь у него было двенадцать метательных клинков и один обычный.
Двенадцать — и один.
Эш возвращался в Уршу с охоты на десятый день.
С утра он хорошенько вымылся в ручье, побрился, тщательно вычистил свои сапоги и отправился в город.
Настроение было праздничное. Он сумел сделать даже больше, чем рассчитывал, и по-настоящему гордился собой.
Теперь до осени Айя с братом будут сыты, одеты и обуты. А после похода в Иркаллу он сможет дать им еще больше, чем сейчас.
Горячее летнее солнце уже высоко поднялось над землей, когда Эш подъехал к воротам Уршу. Жаркий ветер трепал рубаху и обжигал своим дыханием лицо. Группа каких-то стигматиков на въезде объяснялась с привратниками, и Эшу пришлось их объехать, чтобы попасть в город.
Что это за люди?
Судя по одежде, они состояли на государственной службе, а набитые сумки у седел говорили о том, что эти люди отправлялись в дальний путь.
И тут среди воинов он увидел знакомое лицо.
Эш тут же отвернулся в сторону. Все праздничное настроение сразу будто ветром сдуло.
Потому что там, среди стигматиков, был белоголовый.
Тот самый, которого Эш когда-то считал убийцей Аварры. И который после бойни духов в зиккурате остался живым.
Что он здесь делает?
Уршу был своеобразной столицей для стигматиков, вратами в Иркаллу, так что это могло быть обычным совпадением. Может быть, он просто приехал сюда по каким-то своим делам, и ничего особенного не случилось.
Но тогда почему за городской стеной так шумно?
Поторопив Полудурка, Эш въехал в город.
На главной площади яблоку было негде упасть. Казалось, все горожане собрались здесь в этот час. И немудрено, что один из дингиров скрывался где-то в этой толпе — так близко, что его присутствие причиняло боль.
Люди между тем возбужденно переговаривались, указывая руками куда-то в направлении ратуши.
И когда Эш взглянул в ту сторону, у него внутри все обмерло.
Там виднелся деревянный эшафот. Стражники удерживали толпу на расстоянии десятка шагов от возвышения. С одной стороны от эшафота стояла черная повозка. А с другой, сверкая бешеными глазами, в руках палачей бились четыре скакуна, к которым пристегивали ремни со специальными петлями — такими закрепляли руки и ноги для четвертования.
А на эшафоте с завязанными глазами и в кожаном нагруднике с зеленоватыми наплечниками стояла Шеда.
Горячий ветер раздувал облако ее золотистых волос, на правой руке запеклась кровь. Руки и ноги сковывала толстая цепь. Эшу казалось, что девушка едва стоит на ногах, потому что на каждый порыв ветра она чуть покачивалась, как если бы кто-то подталкивал ее в спину. Или как если бы у нее на плечах лежала невидимая тяжелая ноша.
Что с ними случилось?
И если Шеда здесь, в плену, то тогда где же Дарий?..
В темнице? Казнен? Или убит?..
— Как так-то?.. — одними губами проговорил Эш, вытаращившись на девушку. — Как так-то???