или:
Меня Господь возлюбил
И по земле попустил... (Вар., 126)
Смерть держит Анике укоризненные речи, подобающие небесной посланнице. Но жестокость (как и гордость) - в ее природе.
Где тужут, плачут,
Тут мне, смерти, и праздник. (Вар., 127)
Впрочем, и душу Аники вынимают слетевшие с неба ангелы, вынимают немилостиво, сквозь ребра, как душу грешного богача.
Два имени из ангельской иерархии помнит певец (не заинтересованный в знании апокрифических ангельских имен): это «Гаврила-благовестник» (или «Гаврила благоверный») и Михаил-архангел (№ 516). Оба они - особенно, конечно, последний - выступают рельефно в эсхатологии. Оба они называются «судьи праведные» (№ 483). Михаил - перевозчик через огненную реку, иногда один произносит суд, вместо Христа. Он не только «небесный воевода», но и «царь» - иногда «небесный царь», заступающий место Небесного Судии, который вместо Христа обращается к грешным:
Отвечал Михаил им батюшка небесный Царь{128}. (№ 448)
К этой эсхатологической роли Михаила мы еще вернемся.
Близких к себе небожителей, помощников и утешителей народ видит в святых. О них он слагает свои лучшие, излюбленные стихи. Но в большинстве этих агиологических стихов повествуется о земных подвигах святых: они еще не небожители. В них мы почерпаем материал для познания религиозного и нравственного идеала народа. Как небесные силы святые выступают лишь в немногих стихах о посмертных чудесах великих чудотворцев: Егория, Миколы и Димитрия Солунского. Быть может, не случайно, что все три чуда говорят об освобождении юных девиц или отроков: Елисавы, обреченной змию, двух русских полоняночек, уведенных Мамаем, и Василия из бусурманского плена. Последние чудеса не принадлежат к числу наиболее известных в церковных житиях св. Димитрия и Николая Чудотворца. Но они удовлетворяют основному чувству народного певца: его жалости к невинным страдальцам. В стихе, ему посвященном, святой, очевидно, изъемлется из общего круга небесных сил и поставляется в непосредственную близость к Богу. Вера в него означает самую суть христианской веры вообще{129}. Таков благочестивый отец Василия:
Он веровал в святого Миколу,
В святого Миколу Чудотворца{130}. (I, 559)
Или иначе, еще сильнее:
Они веровали веру святую,
Молились Миколе Чудотворцу. (I. 570)
Или в стихе о Егории:
Она верует веру истинную христианскую,
По-старому и по прежнему,
И святому Егорию Храброму. (I, 517)
Впрочем, «веровать» здесь значит чтить или даже праздновать имя святого.
Я не раз Егорию буду в году веровать,
Я не раз ему в году, два раза. (I, 524)
А рассердившийся на Николу отец Василия
Не стал веровать в святого Миколу{131}. (I. 560)
Если первенствующее значение святого в стихе, ему не посвященном, не требует объяснений, то особое значение св. Николая видно из того, что почитание его подчеркивается в стихе о Егории. Среди христианских «распятых» богов Елисавы он стоит даже прежде Св. Троицы:
Помолилась девица Миколы да Троицы,
Пресвятой Богородицы. (I,506)
Ее небесный освободитель Егорий приказывает ей построить три церкви, во имя трех небесных сил; одно имя колеблется в разных вариантах. Это имя Богородицы или Христа (Господь Распятый или Спас Пречистый), но два других постоянны: Егорий и Микола. (Лишь один вариант заменяет Николу Троицей.) В стихах о Николе и Василии певец пытается объяснить это особое положение Николы среди святых:
Микола чудотворец Богом силен,
Он всем святым помощник. (I, 565, 560, 572)
Но эта правильная и повторяющаяся в большинстве вариантов формула:
Микола святитель Богом силен
иногда искажается:
Авось Никола с Богом силен. (Вар., 87)
Еще немного - и сам Никола рискует стать Богом, как в следующем торжественном восклицании:
Святитель Микола, силен Бог наш (I, 565)
И, описывая освобождение Миколой отрока Василия, певец выбирает такие выражения, которые приличествуют действию высших божественных сил:
Повставала небесная сила,
Разрушила белы-каменны палаты,
Святым духом Василия подымала.
Или иначе:
В то время находила на Василия Божия воля,
Поднимало Василия Святым Духом. (567, 573; Вар.,92)
Чертами вездесущия наделяет Миколу и «слава», которую поют ему певцы:
Микола, Микола святитель,
Можайский, Зарайский,
Морям проходитель,
Землям исповедник.
А знают Миколу
Неверныя орды.
А ставят Миколе