* * *
Я думала, время всё сгладит, А оно взяло, да застыло, Застыло в последнем взгляде, Под сердцем где-то скулило. Хотелось броситься в омут, Хотелось сбежать от себя, Я шла, подобно щенку слепому, Скорбя, скорбя и скорбя.. И день тот в памяти прОжжен, Его не забыть мне вовек, Где и во сколько уложен, Покинувший мир, дорогой человек..
* * *
У каждого на чувства есть мотивы, И главное их вовремя понять.. Любите нас, пока мы живы, Слезами мёртвых не поднять.
* * *
Преврати свои раны в величайшую мудрость, Здесь - поле боя, назад дороги нет, Не скроет твои шрамы жизни пудра, Даже, если это главный твой секрет. Судьба одежду снимет, на совесть не взирая, Увидит раны, что до сих пор болят, Она не даст за них тебе ключи от рая, Поверь, ты там последний кандидат. Закрыв глаза она устало даст ответ, О том, что шрамы - твоя незыблимая мудрость, Если хочешь, я дам тебе совет.. Истинные мысли приходят утром..
* * *
Получила я вчера права, А вот за руль, сесть-то не посмела, Во мне уверенности-то, едва-едва, Как сдать то их вообще сумела? Трясутся руки, что не держат руль, И ноги, как на конных гонках, А тут навстречу пламенный патруль, С мигалками, что отражались в окнах. Палка к себе не поманила, Тихонечко проехала его, Вы бы видели, как в тот момент водила, Меня б по скорости улитка.. Ого-го.. Доехала спокойно, всё без фарса, Только ноги.. Ноги не мои! Выпала с машины по "гусарски", Валерьянкой меня ты отпои.. И как бы сложно не было б в машине, Её, я больше не боюсь, В следующий раз буду ехать посредине, И валерьянки точно обопьюсь.
* * *
Только ты не уставай от меня, как всегда уставали другие, Покидали, не найдя ко мне простой подход, Пробуждали пряди во мне седые, А в спину кричали: "Урод!". Отгоняли, как злую собаку, Хлебом дразнили в тёплых руках, Но, вместо еды, сували мне шпагу, И кормили лишь на словах. Я ушёл, замёрзший, голодный, С гордостью/грустью на мокрых глазах, Я сам добывал, я был, как охотник, И снег скрежетал на острых зубах. Уши поджав, я бежал, что есть силы, И лапы замёрзли, в клочья всбив хвост, Однажды меня пирожком угостили, И подарили огромную кость..
Я дома, на кухне гремела посуда, Хозяйка по имени меня лишь звала, Для счастья не хватало только салюта, Она мою жизнь спасла.. Сидели на кухне, под батареей, Она мокрый мой нос целовала рукой, Она стала моей спасительной феей, И жизни моей длинной. Мыла мне лапы, учила сидеть, Кормила, поила, ласкала, Я понял.. Собаке можно стареть, Я с нею дойду до финала. Быть может он близок к носу, Я чувствую, что лапы подгибает смерть, С меня больше нету спросу, А эта хозяйка.. Была на десерт. Спасибо люди, что меня вы обижали, Я счастлив, правда, в свой последний день. Я ухожу со счастьем, не в оскале, Ступая лапой на первую к радуге ступень..
* * *
Я делаю слишком много первых шагов, Если честно, давно уже устали ноги, По снегу/песку и стёклам босиком, И даже по воде, как умели Боги.. Мой шаг вперёд, и 10 твоих, Только назад, ты не ближе, Сделал шаг-замер-притих, И ухмелялся в лицо бесстыже. Остановилась, стояла, смотрела, Наблюдала твои шаги.. Твоя походка меня задела, Я обула наконец сапоги.. Шаг вперёд и 10 назад, Всё прохладнее и спокойней, И дела, как ни странно, пошли на лад, Я отделалась только бойней.. Я делала много на встречу шагов.. Если честно, сильно устали ноги, Я избавилась от наручников и оков, И главное.. От тревоги.
* * *
Тот человек, за которого ты бы принял пулю, На самом деле держит чёрный пистолет, Разговаривает, шепчет нежно дулу, Что вернее тебя не было и нет. По кабуре стучит ладонью, так ласкает, И пулям молитвы говорит, Молит их о "достойном урожае", Многих покорить велит. Он кормит кровью, как океан акулу, Как собака ищет носом след, Тот человек, за которого ты бы принял пулю, На самом деле держит чёрный пистолет.
* * *
Одеть бы пачку бледно-розового цвета, Пуанты, выйти танцевать.. Помаду - цвета винегрета, За ухо спрятать выпавшую прядь.. Думать, что на свете ты всех лучше, Таких как ты, не отыскать с огнём, И под буйные удары чужих ручек, Станцевать лебединое озеро и утопиться в нём.
* * *
Стены не защищают, они изолируют, Забирают тебя от глаз чужих, В моменты, когда тобой апеллируют, Когда не видят в тебе "родных". Стены ломаются, чувствую, знаешь, Ломаются с шумом упавши к ногам, А ты стоишь, головою качаешь, Не верящий своим прекрасным глазам. И вот, вроде, мир уставший, безумный, Дышит наладом над грудой камней, Его звук огорчает, громкий и шумный, Проливший сотни невинных кровей. И ты без защиты, нагой и замёрзший, Не понимающий знаков, что давала судьба, Смотришь на мир отуплённо и чёрство, Зубами от нервов и боли скрепя.. Стены не защищают, они изолируют, Забирают тебя от глаз чужих.. Верь, что тебе зааплодируют, Примут тебя за "своих".