Арфа улиц – грустная подруга…
Город, я теперь тебя боюсь.
Номера домов – вне партитуры:
Вместо них вступают фонари,
Светофоры шепчутся понуро:
«Дилетантка, не кандидатура!»
О маэстро, Вы уже внутри
У меня; оркестр продолжает,
Палец жжёт соната серебра.
Дирижёр, маэстро, точно знает:
Лучшая симфония пленяет
Тем, что не кончается игра.
5.12.2016
ЭЛЕГИЯ
Если надежды нет, всегда остаётся «завтра»:
Новое утро, пульса надсадный стук,
Сахар снегов, русалок под настом мантра,
Сбитый в бегах от себя каблук.
Пусть «тик-так» в тишине монотонно вторит
Заклинаниям стылого ноября
И кукушки с пружинкой намёк поборет
Человечьи потуги – «зачем» да «зря»,
Ибо так повелось. Убивай надежду,
Смуглую шею ей нежно сдавив цепями
Из (не)пролитых чернил. Оставаясь между,
Неприлично тянуться за теми снами,
Что достались другим. Надо шипеть в своих –
Так ноябрь велел: удар серо-ржавой плетью.
Если боль разрослась и крик где-то в горле стих
Булькающим комком, если схватила сетью
Древняя тень земли, жажда голодной твари –
Сточи осиновый кол и рядом с собой клади,
Как только ложишься спать. Скрипками Страдивари
Станут всхлипы во снах, напутствием – вздох «Уйди».
Так изживают боль, проникают в вечность,
Но проползти туда не дано ужам.
В небе молчит луна, и её увечность
Прекраснее полноты. Насмешливым зеркалам
Дарить (просто так) яд пасти и пачку писем
Соколу в вышину. Там режуще светит день,
И, если какой-нибудь грех и мыслим –
Точно не твой. В иглу неумело вдень
Нить горной тропы, ведущей к озёрам, соснам,
В разреженный воздух (от счастья нельзя дышать) –
В пронзительно чистый край, где строки смешно-серьёзны,
Где кудри упрямых туч позволено приласкать.
Но ввек не попасть туда, где Царевич-Сокол
Крыльями мнёт лазурный простор небес,
Раскинутых простынёй. Дорога – во влажный подпол,
В ноябрь, в злобную явь. А багряный лес
Снов, от которых тянет внутри и страшно
За собственные клыки – растёт. По слогам твержу:
Если надежды нет, то смех или боль – неважно,
Как плеть или крест, стихи или стон – ужу.
Ноябрь 2016
КОРАБЛИ
Корабли уходят навеки к западным берегам,
Где море конечно, рифы зловещи, обрывист свет.
Корабли уходят. Курс их – как бег планет:
В постоянстве чтения атласа по слогам –
Атласа звёздного неба. На краю – всё не то.
Крылья чаек черны, а туман накрывает волны
И проникает в голову. Водовороты полны
Сумбурных матросских мыслей. Лунное решето
Опрокинуто рябью и пятнами по ночам.
В парусах кораблей обречённо смеются ветры;
В трюмах – запах корицы, черешни, лимонной цедры;
Капитан бьёт воришек кометами по рукам,
Доставая их сверху. В порт уже не прибыть,
Только это, по совести, мало кого волнует.
В душном сумраке волн акулы, скользя, рисуют
Боками из клочьев пены узорную нить,