Песня водолаза
(1957)
Есть у нас, водолазов, порядки —
Погружаясь в глубину,
Просигналить друзьям: «Всё в порядке,
Всё в порядке — иду ко дну».
А в воде, всем известно, как дома я,
На судьбу никогда не пенял.
Было б всё хорошо, но знакомая
Ревнует к русалкам меня.
Я её на трамвайной площадке
Встретил в прошлую весну,
Посмотрел и сказал: «Всё в порядке,
Всё в порядке — иду ко дну».
А в воде, всем известно, как дома я,
На судьбу никогда не пенял.
Было б всё хорошо, но знакомая
Ревнует к русалкам меня.
Вижу я её светлые прядки,
Ну куда лишь ни взгляну,
И выходит, друзья, — «всё в порядке,
Всё в порядке — иду ко дну».
А в воде, всем известно, как дома я,
На судьбу никогда не пенял.
Было б всё хорошо, но знакомая
Ревнует к русалкам меня.
Снежный город
(1958)
Покачнулся сумрак шаткий.
В сизой дымке, вдалеке,
Город мой весь в белых шапках,
В буклях веток, в парике.
Здесь звенело, пело детство
В расцветающих садах.
Как сыскать мне к детству след свой,
Затерявшийся в лугах?
В юность как сыскать дорогу?
В сны заветные мои?
К первым встечам и тревогам,
К первой сказочной любви?
Я хочу увидеть снова
Тени первого костра,
Дом, где вывеска портного,
Словно радуга, пестра.
Там, где кошки на окошках
Дуют в жёсткие усы,
Где разгульная гармошка
Поджидает две косы,
Две литые, подвитые
В самый раз, не чересчур,
Две такие золотые —
Восемь лет забыть хочу.
А когда цветут здесь вишни,
Льётся яблоневый цвет.
Вновь мой город, друг давнишний,
В платье снежное одет.
Всё, что тонет, — не потонет,
В сердце чувства глубоки!..
Город мой — как на ладони
С тонкой линией реки.
Есть особенная нежность
К милым с детства нам местам,
Я за этот город снежный
Сердце, душу — всё отдам!
Мне вспомнились тёмные ночи
(1958)
Мне вспомнились тёмные ночи
В чужом, нелюдимом краю…
«А ну, затяни, пулемётчик!»
И я потихоньку пою:
Солдаты лишь с победою
К любимым возвращаются.
И мы идём — не сетуем,
А путь не сокращается.
Летят за нами вороны,
К солдатам обращаются:
— В какую, братцы, сторону
Земля сейчас вращается?
Солдат ответил воронам:
— На ваше обращение,
В какую точно сторону,
Скажу при возвращении.
Солдатские тёмные ночи,
Солдатский скупой разговор…
Ведь я же был тот пулемётчик,
Но это другой разговор!
Танечка
(1958)
Давай-ка, Танечка, на брёвнах посидим,
Поговорим, о жизни помечтаем,
Вот, знаешь, так, как вечером седым
Сидят за чашкой дружеского чая.
Чернеет снег. А вечером мороз
Проходит, забавляясь ветерками,
На всём — от звёзд до кончиков волос —
Голубоватым инеем сверкая.
И всё ж — весна! Я сразу узнаю
Её походку, голос и дыханье.
Пускай другой торопится на юг,
И у него пижама в чемодане…
А я от верб весенних не уйду.
Ведь если я пойду с разливом рек прощаться, —
Наверное, споткнусь и упаду —
Не суждено мне с ними разлучаться.