30 августа 1919
* * *
Катится небо, дыша и блистая…Вот он — дар Божий, бери не бери!Вот она — воля, босая, простая,холод и золото звонкой зари!Тень моя резкая — тень исполина.Сочные стебли хрустят под ступней.В воздухе звон. Розовеет равнина.Каждый цветок — словно месяц дневной.Вот она — воля, босая, простая!Пух облаков на рассветной кайме…И, как во тьме лебединая стая,ясные думы восходят в уме.Боже! Воистину мир Твой чудесен!Молча, собрав полевую росу,сердце мое, сердце, полное песен,не расплескав, до Тебя донесу…
13 сентября 1919
Осень
И снова, как в милые годытоски, чистоты и чудес,глядится в безвольные водырумяный редеющий лес.Простая, как Божье прощенье,прозрачная ширится даль.Ах, осень, мое упоенье,моя золотая печаль!Свежо, и блестят паутины…Шурша, вдоль реки прохожу,сквозь ветви и гроздья рябинына тихое небо гляжу.И свод голубеет широкий,и стаи кочующих птиц —что робкие детские строкив пустыне старинных страниц.
25 сентября 1919
M. W.
Часы на башне распевалинад зыбью ртутною реки,и в безднах улиц возникали,как капли крови, огоньки.Я ждал. Мерцали безучастноскучающие небеса.Надежды пели ясно-ясно,как золотые голоса.
Я ждал, по улицам блуждая,и на колесах корабли,зрачками красными вращая,в тумане с грохотом ползли.И ты пришла, необычайна,меня приметила впотьмах,и встала бархатная тайнав твоих языческих глазах.
И наши взгляды, наши теникак бы сцепились на лету,и как ты вздрогнула в смятенье,мою предчувствуя мечту!И в миг стремительно-горящий,и отгоняя, и маня,с какой-то жалобой звенящейоторвалась ты от меня.
Исчезла, струнно улетела…На плен ласкающей любвиты променять не захотелапустыни вольные свои.И снова жду я, беспокойный,каких чудес, какой тиши?И мечется твой ветер знойныйв гудящих впадинах души.
Лондон, Marble Arch
* * *
Звон, и радугой росистоймалый купол окаймлен…Капай, частый, капай, чистый,серебристый перезвон…Никого не забывая,жемчуг выплесни живой…Плачет свечка восковая,голубь дымно-голубой…И ясны глаза иконок,и я счастлив, потомучто церковенка-ребенокраспевает на холму…Да над нею, беспорочной,уплывает на востоктучка вогнутая, точномокрый белый лепесток…
* * *
Будь со мной прозрачнее и проще:у меня осталась ты одна.Дом сожжен и вырублены рощи,где моя туманилась весна,где березы грезили и дятелпо стволу постукивал… В боюбезысходном друга я утратил,а потом и родину мою.
И во сне я с призраками реял,наяву с блудницами блуждал;и в горах я вымыслы развеял,и в морях я песни растерял.А теперь о прошлом суждено мнетосковать у твоего огня.Будь нежней, будь искреннее. Помни,ты одна осталась у меня.
12 ноября 1919
* * *
Только елочки упрямы —зеленеют — то во мгле,то на солнце. Пахнут рамысвежим клеем, на стеклеперламутровый и хрупкийвьется инея цветок,на лазури, в белой шубкедремлет сказочный лесок.
Утро. К снежному сараюв гору повезли дрова.Крыша искрится, по краю —ледяные кружева.Где-то каркает ворона,чьи-то валенки хрустят,на ресницы с небосклонаблестки пестрые летят…
1 декабря 1919
* * *
Мой друг, я искренно жалеютого, кто, в тайной слепоте.пройдя всю длинную аллею,не мог приметить на листесеть изумительную жилок,и точки желтых бугорков,и след зазубренный от пилокголуборогих червяков.
2 января 1920
Весна
Взволнован мир весенним дуновеньем,вернулись птицы, и звенят ручьибубенчиками влаги. С умиленьемя разбираю мелочи любвина пыльных полках памяти. Прохладнов полях, и весело в лесу, кудани ступишь — крупный ландыш. Как вода,дрожит лазурь — и жалобно, и жадноглядит на мир. Березы у реки —там, на поляне, сердцем не забытой,столпились и так просто, деловиторазвертывают липкие листки,как будто это вовсе и не чудо,а в синеве два тонких журавляколеблются, и может быть, оттудаим кажется зеленая землянеспелым, мокрым яблоком…
17 января 1920
* * *
Маркиза маленькая знает,как хороша его любовь.В атласный сад луна вступает,подняв напудренную бровь.Но медлит милый, а былинкебылинка сказывает сон:на звонком-тонком поединкеон шпагой мстительной пронзен.