Всё ж сообща стареть.
Где ж вы, любовь и радость,
Радостная любовь?..
Хворый, могу стать в тягость,
В тягость мне станет боль.
Зла и неизлечима
(Главное, то, что зла...) —
С близкими разлучила,
С дальними развела.
Мало чего изменишь,
Стал я давно не тот:
Гнет меня сволочь-немощь,
Боль меня мука бьет.
7
Двинет то здесь, то там —
В левый, то в правый бок,
Носится по тылам,
Как партизанский полк.
Хрена ее возьмешь,
Эту не извести:
Вся ее сила-мощь
В неуловимости.
Свой позвоночник-мост
Не возведу опять...
Вскоре откажет мозг
Думать и рифмовать.
Ведать бы наперёд,
Что предстоит-грозит,
Что напоследок ждёт
Невыносимый стыд.
8
Помощи ниоткуда
Ждать и уже не жду,
Всё же унять не худо
Эту мою беду.
С детских годов неловкий,
Реже, чем большинство,
Просьбой о жизни легкой
Я донимал Его.
Впрочем, Душа Живая,
Мало того, что Бог,
Сам бы, чего желаю,
Он догадаться б мог.
...Жизнь стала вроде гроба,
Даже еще тесней.
Сердце частит, хвороба
Прет изо всех костей.
Прежде, чем катафалку
Тронуться в бодрый путь,
Господу контрамарку
Не позабыть вернуть.
2001
В ПРАЧЕЧНОЙ
Бросила жена? Ее
Бросил сам? Сменил жилье?
...Гладили вдвоем белье
С ним в стекляшке.
Он балдел — заметил я —
От шумевшего бабья
И от вороха белья
И от глажки.
А по виду был ходок.
Но совсем не холодок —
То ли страх, то ли упрек
Был во взгляде.
Может, чудилось ему:
Я, старик, его пойму.
Объяснить мне, что к чему,
Будет кстати.
На подобный разговор
Я его бы расколол.
Прежде был и спор и скор
На знакомства:
Две рюмахи или три
Пропустили — говори.
Но теперь скребет внутри
Скорбь изгойства.
Несуразная судьба —
Эмиграция в себя,
Словно начисто тебя
Съела фронда.
Вроде ты живой и весь
И душой и телом здесь,
А сдается, что исчез
С горизонта.
Потому теперь и впредь
Не к чему ломать комедь.
И не стал я пить с ним — ведь
Мы б не спелись.
После полусотни грамм
Он, запуган и упрям,
Выдохнул бы: «Пшел к ерам,
Отщепенец...»
Так что про житье-бытье
Мы молчали, а белье
Расстилали, как бабье,
На гладилке.
Потому и обошлось
Без мужских горючих слез,
Без сочувствий, без угроз,
Без бутылки.
1979
* * *
Будь мужчиной и молчи.
Будь, хоть нелегко.
Горя словом не мельчи,
Хоть и велико.
Ткнись в подушку головой
И молчи, пока
Безнадежная любовь,
Как трава, горька.
Грозных молний не мечи,
Пей невкусный чай.
Будь мужчиной и молчи.
Тютчева читай.
I960
СТИХ СТИХУ
Был у Евтушенко
Стих — не самый лучший,
Но ему оценку
Дал мой личный случай.
На большие сроки
Изгнан из шеренги,
Полюбил я строки
Жени Евтушенко.
Описал он просто,
Прямо, без утайки
Лихость, непокорство,
Стойкость ваньки-встаньки.
Жизнь была не нянька,
А скорей — лишенка,
Но грел душу ванька-
Встанька Евтушенко.
Потому что, грустный
И не выйдя рожей,
С этою игрушкой
Был я чем-то схожий...
1988
БАЛЛАДА О БУТКОВЕ
1
В благодатном веке
Без гроша, тишком,
Частию в телеге,
Частию пешком
В Петербург добрался
Юноша Бутков,
И ему достался
Худший из углов.
Жизнь в углах неладна,
Смрад в углах и страх.
Надобно таланта —
Не пропасть в углах.
2
От солдатской доли
Откупившись в долг,
Стал писать в неволе,
Но велик ли толк?
Вроде достоверный
Сочинит рассказ —
“Нет, не Достоевский!.." —
Слышит всякий раз.
3
Не дурак, не лодырь,
Хоть не в меру пил,
Он и впрямь не Федор
Достоевский был.
У того дорога
Из углов крута:
С плаца до острога,
Дальше — в рекрута...
И хотя в падучей
Сотрясалась плоть,
Но ее получше
Охранял господь.
4
Был Бутков напуган,
Нелюдим и зол.
Как за нитки — кукол,
Прототипы вел.
Дело шло не ходко,
И пришли в свой срок
С водкою чахотка,
Госпиталь и морг.
5
Господи, помилуй,
Ну зачем ты дал
Юноше унылый,
Невеликий дар?
Не деля на части,
Весь бы выдал кус —