Простыню, не сбивая, не мучаясь,С бешеной нежитью не мирясь,Нескладное, громоздкое, неспокойноеНе впускать, по закоулкам не таясь.
Недодуманное сквозь агонию, недопонятое,Не станет без любви не доверять.Ни нежности. Ни света. Лишь останетсяНе договаривать, не замечать, не принимать.
СтихиЯ
Друзей
Рыбка моя пушистая
(Алёше Воеводину)
Рыбка моя пушистая,Птичка моя мохнатая,Киса моя ушастая,Пони моя горбатая…
Сказки споём красивые,Прозу станцуем шёпотом.Запахом рифм расшитыеПесни раскрасим в жёлтое.
Сумраком полдень выпадет,Всполохом полночь вскружится.Мрак леденящим пламенемСолнца прольётся в лужицу.
В шёлке венца терновогоВихри пропахнут соснами.Капли мечты несбыточнойСклеют пургу с берёзками.
Взмахом хлопка испуганныйЗяблик-гигант зардеется.Плаксы-ромашки облакоРвут на куски под деревцем.
Клякса небес разверзнута.Солнце – планета блёклая.Гнутся прямые векторомПризмы с цветными стёклами.
Крошка-слонёнок топчется,Бабочка сеть раскинула.Зубрик домашний с мальчикомПишет в тетрадь чернилами:
«Рыбка моя пушистая,Птичка моя мохнатая,Киса моя ушастая,Пони моя горбатая…»
Мариночке Петровне Воеводиной
Меня коснулось краями небо,Когда воспевало полёт Солнца.Оно разметало волосы ветраПо голубой глубине моря.
Глазом звезда раскалит воздухИ отразится в потоках света,А океан с небосводом сольётся.В мире – весна! На душе – лето!
Катерине Мурашовой и Геле Делеринс
Ах, как люблю я добрых мудрых женщин!
Ты та, кто знает, что порою делать,Чтоб стало больше лёгкой простотыВ разгуле вихрей окружающего мира,Несущего из никуда в небытиеЗабывшихся храбрящихся людей.
Они витают в сладком заблужденье,Что им подвластен планна вечность эту.Ты ж свет привносишь.Пусть тебе известно,Что жизнь не так проста,как мы б хотели.Тебя люблю за это более других.
Роднее ты, которая добрее,чем та,Кто трезво блещет интеллектомВ стремлении себяпровозгласить.
Умом – без сердцаженщиною быть,Пусть даже в мире силыи претензий,Неинтересно. Потому чтопросто мозгомИ природе вопреки достичь успехапусть возможно,Но без души решать,как поступать с другимиЧревато катастрофы пустотой.
Ах, как я восхищаюсь вами – теми,Кто знает изнутри, не размышляя,Как быть и женщиной, и лидером умов.
Тебя такую уважаю.Но и боюсь слегка –А вдруг меня осудишь?Мне мнение твоёУжасно важно.
Освобождение волов
(Наталье Спихт)
Волы топтались по могилам.
Споткнувшись о рога,Запутавшись в ноздрях,Застыла ночь, забытая луной.
Гипноз погониРазвеял пустоту позораБегства от себя.
Сомнений пар струился к небесам.Он просочился сквозь глазницы небылиц,Гуляющих по сером простору.
Роса упала, Солнце поднялось.Зевнув и отчихавшись, встрепенулось,Открыло путь на Землю.Посветлело. Окрасился погост.
Но топчутся волы.Им непонятна круговерть Вселенной.И непроста воловья доля.
Могилам всё равно.Они как символ бренности душиТорчат зубцами склепов.
И гранитМешает воздуху бежать за мотылькомВ порывах смеха.Может, оттого и топчутся волы?От тяжести сомнений вековечных,От бренности стремятся убежать?Им тяжело дышать. И жить.Давайте им поможем.
Лилиане Лосс
Что за чертовщина:В небе голубомТо ли свет зарницы,То ль бушует гром.
По полю несётся,Рассекая пыль,То ли колесница,То ль автомобиль.
Искры золотые,Столб из-под колёс.То ли в нём – гнедые,То ль дворовый пёс
Оборвал все цепи,Воя на Луну.То ль она в затменье,То ли я умру.
Алие Гайса
Княгиня вышивала по закатуРядами бус из прошлого портреты.Придворные смиренно ожидали,Когда ж отхлынет наважденье это.Картуз надев, чтоб от греха подальше,Луна очей поднять с небес не смеет.Княгиня желтый зонтик ей покажет.Восход закат сметёт. И ночь немеет.