- Что делаем? – осведомилась эта гора мышц, ненавязчиво помахивая перед моим лицом топором-переростком. – Что вас носит по ночам?
- Цветочки собираем, - пискнула Асфа, поняв, что я вряд ли что-то отвечу в таком положении. – Папоротник.
- Папоротник не цветет, - убежденно буркнула милая наша собеседница, но на землю меня поставила.
- Я знаю, - смиренно согласился я. – Он споровое растение, но нам от этого не легче…
Последовавшая за этим история о заколдованной принцессе содержала, наверное, все возможные шаблоны и штампы, но принята была безоговорочно.
Не зря Вэйл в свое время учил меня зубы заговаривать, одними интонациями убеждать кого угодно в чем угодно. В качестве экзамена я тогда доказал дракону пользу вегетарианства и убедил одну злосчастную птичку, что она песчаный удав, причем без гипноза и заклинаний. Правда, любое убеждение своего рода гипноз, но уж без магии точно. Причем птичка эта несколько лет третировала одно захолустное королевство, чьи жители мне тоже поверили.
Лесничиха даже утерла скупую женскую слезу, слушая весь этот легендоподобный бред.
- Цветок папоротника – это тот, который на папоротнике вырос, правильно? – вдруг спросила она.
- Правильно. Есть идеи? – с надеждой поинтересовался я.
- Подождите полчасика, - кокетливо попросила лесничиха и исчезла в лесу.
Появилась она через час с маленьким красным цветочком орхидейного вида.
- Это росло на папоротнике, подойдет?
- Подойдет, подойдет,- радостно согласился я, заворачивая цветочек-паразит в платок. Похоже, дело сделано. Кто бы ни жил в Грозовом замке, он наверняка не пожалеет зажечь факел из камина, да и с Глубинной Тварью я уж как-нибудь договорюсь. Как-никак, тоже Бесконтрольная Сила, почти родственник. Как минимум - коллега. Правда, Асфа потом долго бурчала, что это халтура и что заклинание не сработает, тем более, что ей пришлось отнести цветочек в замок и проследить, чтобы за ним присматривали и, не дай Хаос, не выкинули.
В Грозовом замке я, как ни странно, никого не встретил, даже сторожа, но и огонь в камине не горел. Пришлось возвращаться к доброй лесничихе, просить дрова, разводить огонь в камине, а потом уже зажигать от него факел. Халтура, короче. И Асфе опять пришлось относить факел в замок, а я отправился к Глубинной Твари в гости.
Глубокое синее море плескалось за бортом маленькой двухвесельной лодки. Один из многочисленных «друзей и знакомых кролика», как их по неизвестной мне ассоциации называет сам Вэйланна, подвез меня до места и даже безвозмездно снабдил лодкой, чтобы мне не сразу в море с борта бросаться. Тем более, падать было бы высоковато – корабль у него летучий.
Я глубоко вдохнул и прыгнул в воду, превращаясь по дороге. От лодки лучше было убраться подальше, пока я сам же её не утопил. Теперь я был морским драконом – абсурдной помесью гривастой змеи с аллигатором плюс беличьи уши с кисточками. Я нырнул, как мог глубоко,и и проскользнул в расселину на дне. В самом её глубоком месте, среди причудливых светящихся существ спала Глубинная Тварь – клубящееся облако серо-зеленой взвеси. Здесь Живое Зеркало, Пятая Бесконтрольная Сила скрывалась от наземной суеты, от вечной спешки тех, кто выбрал более активные хрупкие воплощения. Вроде моего создателя.
- Приветствую тебя, Халэл, - громко подумал я, обращаясь к облаку на дне.
- Ты помнишь мое имя. Это хорошо. Немногие, кроме Бесконтрольных, его помнят. Что нужно морскому дракону от Глубинной Твари? – официально осведомился Халэл. – Хотя ты, кажется, не дракон, - тут же заметил он.
- Я Астинити, Сын Черного Огня. Вы должны знать Черный Огонь.
- Знаю я его, знаю. Молодой выскочка, не слушающий советов старших Сил.
- Среди Сил есть старшие? Разве Силы не равны?
- Равны, но кто-то появился раньше, кто-то позже. Я, например, был первым, и мне нравится твой создатель. Холодное сердце, горячая голова, если бы у Бесконтрольных все это было. Пожалуй, только ему могло прийти в голову обзавестись сыном. У тебя ко мне дело?
- Одна маленькая просьба, - подтвердил я.
- Вы оба такие. Вэйланна никогда не вспомнит о ком-нибудь просто так, без дела. Друзья возникают только по необходимости, - протянул Халэл.