На вид парню было лет двадцать пять, на самом деле, по-моему, за триста. Одет он был с ног до головы в потертую джинсу с остатками заклепок, а завершала картину русая шевелюра в стиле «вихрь на сеновале». Лицо – одни сплошные веснушки, курносый нос, зеленые глаза и какое-то очень детское выражение.
Божество, значит.
- Похож, - вслух оценил я.
- Не веришь?! – взвился гость, резко увеличиваясь в росте и упираясь макушкой в потолок. А потолки у меня в замке не низкие – три метра минимум. В кладовке под лестницей только меньше.
- Я поверю во что угодно, только не трогай люстру,- взмолился я.
Он растерянно обернулся, пытаясь увидеть, что именно надо не трогать. Я зажмурился – хрустальный звон погибающей люстры запрыгал по комнате и высыпался в коридор. Когда я открыл глаза, Корэн старался не смеяться, а уменьшившийся до нормы кандидат в пантеон растерянно маячил над останками люстры, виновато на нас поглядывая.
В процессе уборки помещения и водружения на место пострадавшей люстры незаметно выяснилось, что зовут наше незадачливое божество Аджаром, а ищет он свое кольцо. Более того, два кольца. Маленькое, на палец, и большое, целый храм, а то и город. Аджар и сам не очень помнил, как все это выглядит.
Я пообещал сделать все возможное, Корэн покивал для пущей убедительности, и Аджар успокоено исчез в том же стиле, что и появился.
- Уборка – дубль два,- мрачно констатировал Корэн, доставая безукоризненно белый платок и вытирая лицо. Он, конечно, тоже был закопченным, но так, словно коптили его лучшие гримеры и визажисты двух полушарий.
- Есть одна хорошая штука. «Магия» называется, - ненавязчиво напомнил я. – Не стоит ею пренебрегать.
- Действительно, не стоит, - согласился Корэн. – С нашими-то возможностями.
Второй раз дело пошло куда быстрее. Иногда полезно быть Бесконтрольной Силой, способной к простой уборке приложить энергию нескольких технологических атомных реакторов. Я обычно так замок убираю: проходит полоса черного огня по всем комнатам и все, что ненужно, подбирает. Если что ненароком останется – замок доест. Почти замкнутая система.
В этот день больше никто не появлялся, но дел, точнее, одного большого дела, хватало и так. Поэтому я вновь свалил весь груз мелких хозяйственных дел и сортировку просителей на тренированные плечи Астинити, и мы с Корэном на неделю обосновались в библиотеках. Стоит ли говорить, что ни в моей собственной, ни в одной крупной библиотеке Южного континента Аджара не оказалось. Может, его раньше звали по-другому? Но он поклялся, что так и звали – Аджар, бог Двух Колец. Знакомое очень сочетание – где я мог слышать? И почему нет его нигде, если даже я что-то помню?
- Что делать будем? – вопросил Корэн, сидя на стопке книг в очередном архиве.
- Не знаю, - буркнул я через платок. Неухоженный архив – моя погибель.
Давным-давно некая ученица Белого волшебника приобрела аллергию на пыль, а потом скормила себя Черному Огню. С аллергией вместе. Вот и скопировалась она в придачу к сознанию и некоторым инстинктам. Огонь тогда в психике не разбирался – греб, что дали. Пока я, то бишь, тогда не я еще, а эта самая ученица, просто чихал(а), с аллергией можно было смириться, но Бесконтрольные Силы не только к магии избыток энергии прикладывают – изо всех щелей фонтаном. Так что теперь, нюхнув пыли, я чихаю шаровыми молниями, взрывающимися перед самым лицом, и иногда в чисто драконьем стиле выдыхаю горящий напалм. Платочком не обойдешься – разве что асбестовым.
- А ты у растения своего спроси,- предложил Корэн.
- Оно тоже не знает. И оно не мое.
Растение – это конерренский биоэлектронный справочник по имени Лиандален. Общаться с ним – проще сразу отравиться. Во-первых, когда он не в духе, характер у зелени отвратительный, а не в духе он постоянно. Во-вторых, он не отзывается на уменьшительные имена, а полное у него, как все конерренские – два куплета и припев. Лиандален – это минимум, до которого капризный цветок способен снизойти. И в-третьих, Лиандален ревнует к Черному Огню своего обожаемого друга Кинта - хитрого рыжего конеррен (это и мой обожаемый друг тоже). В общем, не растение, а нервотрепка в горшке, хотя польза бывает и от него. Иноходец, например, на него не нарадуется, даже удобрения ему таскает, поганцу зеленому.
- А что оно вообще знает?
- Этого оно тоже не знает. Его замкнет, если ты спросишь.
- Ну, зачем же… Куст, он и есть куст – что с него требовать…
- Он на куст не похож, - рассеянно возразил я, мыслями пребывая где-то очень далеко и от Лиандален, и от архива.