Остаток ночи наша пленница провела в банке из-под варенья, а утром я снял заклятье. Эффект от принцессиной внешности оказался ошеломляющим, если не сказать разрушительным. При виде нашей красавицы у меня отвисла челюсть, Асфа выдохнула «Мамочки родные!», Бур вообще потерял дар речи, а Тетушка Миша всплеснула руками и упала в вовремя подставленное мной кресло.
Мик, заваривший эту кашу, сдавленно пискнул и оказался на шкафу, подальше от моего праведного гнева.
- Ну, я ж её сам не видел! – оправдывался он оттуда. – Это ж легенда, слухи… Ой! – мой ботинок достиг цели.
При одном взгляде на принцессу становилось ясно, что отец этого чуда природы должен нам крупную сумму за похищение, и в замке развернулась бурная деятельность. Мик, Бур и Асфа в обличьях самых разных существ от белок до людей ходили по побережью и распускали слухи о красоте переименованной в Милену принцессы и о моей жестокости. И до того перестарались, что меня стали опасаться на моем же острове, а Гарди как-то поинтересовался, жива ли еще принцесса. Я ответил, что жива, мол, и в полном здравии.
На самом деле здравие её с момента похищения сильно улучшилось. Мы с Тетушкой Мишей решили, что убийство не метод, и принялись за косметический ремонт этого продукта близкородственных браков. Для начала я достал в соседнем мире регенератор, в который мы и запихнули упирающуюся принцессу. Когда у Мальвины отросли уши, левый глаз и недостающая нога, она стала более-менее напоминать человека, пусть даже и бабушку ночного кошмара. Я хотел так и оставить, но Тетушка Миша сказала: «Кто ж её, бедняжку, спасать-то такую станет?» - и я, удрученный перспективой оставить у себя никем не спасенную принцессу, повез её к биоскульптору на Западное полушарие. Там она окончательно переродилась в Милену, которую все население замка безоговорочно признало красавицей. Правда, волосы у неё получились ярко-розовыми, причесанными под непоседу-домовенка, но с ними возиться мы уже не стали.
Биоскульптор постарался, как следует, и теперь принцесса целыми днями крутилась перед зеркалом, привыкая к новому телу, и все никак не могла налюбоваться. Кухарка Тетушка Миша относилась к ней почти по-матерински, остальные практически не замечали. Оставалось ждать Героев.
И вот настал день, когда у ворот замка появился первый принц на белой лошади, и все население замка исчезло по боевой тревоге. В замке воцарилась тишина, нарушаемая только обиженным воем Милены, приглушенным метровым слоем камня. Для подтверждения слухов кошачий сфинкс Бур и Мик оттащили принцессу от любимого зеркала и заперли в подвале. В отместку Милена закатила такой концерт, которого хватило бы и десяти принцессам на все случаи жизни.
От этого жуткого воя принца прошиб холодный пот, но он все-таки решил пойти и поинтересоваться, в чем дело. Может, нет в этом заброшенном замке ни принцесс, ни злодеев, вообще никого, и можно идти домой? Вой смолк. Милена пошла исследовать подземелье, поняв бесплодность сидения под дверью.
Тишина ободрила принца. Он осторожно пересек пустой двор и вошел в замок, оставив лошадь бояться в одиночестве. Мик тут же выставил лошадь за ворота, и обиженное недоверием животное удалилось. Принц тем временем в одном из залов наткнулся на Бура и Асфу, играющих в «сфинксы-мышки», и пошел искать обходной путь. Нормальные Герои всегда идут в обход.
Тишину прорезал невозможный верещащий визг Милены.
Принц подпрыгнул на месте и едва не бросился к выходу, но удержался и медленно двинулся дальше. Визг оборвался.