— А давай-ка поменяемся, — «вожак» улыбаясь забрал кружку у хозяина дома, вручил ему свою и смотря прямо в глаза жёстко бросил, — Выпей.
Колдун ответил что-то притворно оскорбленное вроде: «Да как можно травить гостей в своем же доме» и под внимательным взором троицы выпил. Убедившись, что их и правда не собираются травить, троица спокойно осушила свои кружки. «Ха! — Торжествовал про себя Алистер и, наверное, если б не боялся себя выдать, то потирал бы руки как муха, — Пни тупоголовые». Но «лис» не был бы собой, если б ограничился одной мелкой пакостью замедленного действия. Гремя на кухне посудой, он разжился не только выпивкой и теперь ждал подходящего момента.
— Мы ищем некую особу, — снова начал «вожак», — Невысокая девка, тощая как жердина, — подумав добавил, — Коса ещё каштановая. Вполне возможно, что была не одна.
— Мало ли девок в Зимогорье и окрестных сёлах? Я — очень занятой человек. Мне как-то не с руки на девок заглядываться, — произнес колдун со смесью высокомерия и презрения.
«Вожак» цокнул и покачал головой:
— А я то думал, мы друг друга поняли, — и кивнул «тарану».
Тот хмыкнув поднялся со стула и подняв за шкирьмя Алистера, залепил ему ещё раз в живот от чего выпитый сбитень у колдуна попросился наружу. «Таран» брезгливо оттолкнул от себя колдуна. Мастер упал на колени, но тут же поднялся, вытер рукавом рот, а другой рукой что-то быстро достал из-за пазухи.
— Зря вы так, гости дорогие, — «Лис» хищно улыбнулся и кинул склянку на пол перед собой.
Раздался треск, комнату окутало дымом. Дальше всё происходило быстро. Алистер, воспользовавшись замешательством троицы, бросился на улицу с криками: «Караул! Пожар!». Свой дом он знал очень хорошо, и даже временная слепота была не помехой. Недалеко как раз проходило четверо дружинников, услышав шум, они бросились к вывалившемуся из дверей дома мужчине. Он быстро обрисовал им ситуацию с нападением. Из всех щелей дома валил дым, изнутри слышались ругательства и кашель. А с другого конца переулка стремительно приближались Ряска и ещё несколько дружинников. Как только рассеялась завеса, набившая себе немало шишек троица вывались из дома и оказалась в кольце. Воины понимали, кто перед ними и действовать не спешили. Алистер и Ряска, поблагодарив мужчин за помощь, скрылись за многострадальной дверью и дальше наблюдали из окна как троицу в окружении стражи куда-то увели.
— Они просто выставят их из города. Все же понимают кто это, — тихо сказала Ряска, — но конфликт не нужен ни им, ни городу.
— Ха, тогда на кой ляд они подобным образом ко мне-то заявились? — Алистер кипел от возмущения, хотя мелкая пакость грела ему душу.
— Так что вы добавили, мастер? — Тихо спросила служка, кивая на черепки разбитых в суматохе кружек.
— Порошок семян подорожника и столько горькозёма, сколько возможно не испортив вкус, — подмигнул «лис».
— Не хотела бы я быть тем деревом, на которое потом справятся эти птички, — хихикнула девушка.
Мастер лукаво усмехнулся, а потом уже серьезно распорядился, чтобы Ряска всё убрала, позвала кого-нибудь перекрасить дверь и вечером отправилась с вестью к тётушке Светлика, а сам поднялся в комнату, чтобы умыться и передохнуть. Амулет амулетом, но сначала привести себя в порядок.
***
Нывшие после стычки с рухами рёбра настроения Алистеру не прибавили. Хотя амулет был закончен, колдун ворчал и бранился на Ряску больше обычного. Служка не обижалась. Она давно привыкла, что бывают хорошие дни, когда хозяин много шутит, улыбается и становится больше похожим на проказливого лиса, а бывают такие как сегодня. После выполнения ночного поручения девушка закономерно проспала подачу завтрака, к счастью мастер спустился много позже привычного и кроме прочего попросил са-и и травяной сбор от боли. «Похоже, крепко досталось», — заключила служка и старалась быть вежливее и предусмотрительнее, чем в прочие дни. Ряска чувствовала себя немного виноватой: слишком долго искала подмогу, слишком долго бежали назад. Нужно было всё делать быстрее! Из-за её нерасторопности, как считала Ряска, мастер Алистер пострадал сильнее, чем мог бы.