Рита легонько помассировала пальцами виски, невольно задумываясь, когда именно появилась её чёрная спутница. В последнее время, она часто приходила к ведьме во снах. Ничего такого особенного не делала, просто находилась рядом, окутывая ореолом безопасности, словно пледом в прохладный осенний вечер. Если девушка сидела во сне – пантера неизменно располагалась у её ног и тогда раздавалось громкое урчание, больше похожее на грохот мотора огромной машины. А если Рита куда-то шла – спутница следовала за ней, то и дело прислушиваясь к звукам и всматриваясь в даль, словно сканируя горизонт на предмет опасности. Однажды в сновидении ведьма увидела Кирона, а также волка, который являлся к ней, когда она спала и лишь однажды – когда проснулась. Хищник порывался подойти к ней, даже поскуливал едва слышно, но грозный взгляд колдуна не давал ему права ослушаться. Рите даже померещилось, что они связаны невидимой нитью, но спустя секунду видение исчезло, словно мираж. Затем девушка заволновалась, не зная, что предпримет её спутница, к тому же та уже мягко ступала навстречу волку. Остановилась она лишь когда её глаза оказались аккурат напротив глаз хищника. Некоторое время они так и стояли друг напротив друга – опасные, непредсказуемые и гордые. Два хищных животных, наделённые нечеловеческим, а словно даже Иным разумом. Затем пантера сделала ещё шаг навстречу и… потерлась большой головой о волчью. Волк, как ни странно, повторил движение, да ещё и лапой попытался (Рита готова была голову отдать на отсечение, вот честное слово!) обнять представительницу рода кошачьих. А после… После появился громадный тёмно-чёрный то ли смерч, то ли вихрь - и Кирона вместе с их общим серым другом унесло непонятно куда. Ведьма во сне ощутила жгучую боль в районе сердца и рухнула на колени. А её спутница моментально оказалась рядом, подставляя мягкий лоснящийся бок для поглаживаний. Рита услышала угрожающий рык и с огромным усилием подняла голову, чтобы посмотреть, на кого так среагировала пантера. На другом конце поляны, где они находились, стояла белая волчица, величественная и изящная. Её глаза сияли, словно изумруды, а взгляд этих необычных глаз смотрел прямиком в душу и была в нём насмешка. В голове Риты раздался нежный голос с нотками стальной непоколебимости:
- Неужели тебе не больно, ведьма?
На этом странный сон завершился, оставив после себя осадок и неизменное присутствие хищницы рядом, граничащее с галюцинацией. Насколько возможен такой исход в её ситуации? Тронуться рассудком, аккурат перед своим спасением – такое было слишком глупым даже для неё. А ведь впервые Рита увидела пантеру тогда, когда едва не умерла. Не предвещает ли ей это скорую смерть? Ведьма услышала, как огромная кошка фыркнула абсолютно по-человечески. И правда, ведь тогда она выжила, да ещё и обзавелась новыми способностями, которые впоследствии создали новые проблемы. Рядом раздалось недовольное ворчание. Рита могла поклясться, что оно означало нечто вроде: «Вечно ты во всём видишь лишь плохое, ведьма!». О Боги, с каких пор она понимает, что обозначают фырчания и ворчания одной вечно недовольной особи? Тут же послышался обиженный полурык. Надо же, какие мы ранимые! Похоже, кукуха медленно отбывала в небытие, а так как делать всё равно было нечего, Рита решила последовать за ней. Не в небытие, конечно же, нет. Чёрноволосая девушка вышла из пещеры, ставшей практически родной за это время, хотя за горячую ванну ведьма не постыдилась бы даже убить. Её спутница осуждающе оглянулась на неё. Нет, ну а что? А вот если мы такие человечные, то могли бы и рассказать, почему всё время волнуемся и нервничаем. Что - нет? Вот то то же. Пантера в ответ на её мысли только глаза закатила. Вот же ж… универсальное животное! Животное, в свою очередь, слегка озадачилось, не понимая – это можно расценить как комплимент, или как оскорбление? А вот подумай, тебе полезно, между прочим!
За своим односторонним мысленным потоком в сторону чёрной пантеры Рита и не заметила, как ноги вынесли её аккурат на поляну, где должен произойти ритуал по «раскупориванию» водной стихии. После того, как ведьма исчерпала последние остатки магического резерва, к ней торопливо подбежал Кирон, заставив выпить целую чашку какого-то преотвратного на вкус отвара. Эта гадость восстанавливала жизненную энергию, но никак не влияла на резерв. Именно потому девушка и отнеслась так серьёзно к угрозе полуволка напоить её настойкой валерианы. Кто его знает, каково оно на вкус, а рисковать как-то не хотелось. Она и так не могла избавиться от горечи во рту, после предыдущего «чудотворного» напитка, так что – избавьте от сего удовольствия.
Кирон на появление Риты на поляне практически никак не отреагировал. Всё перебирал свои амулеты, кристаллы и прочие интересные вещи. Видимо, колдун основательно подготовился к намечающемуся предприятию. И, в отличие от неё, казался абсолютно спокойным. Неужели сам хлебнул той самой настоечки?
Впрочем, когда через несколько минут мужчина ушёл и вернулся к тому самому месту, ведьму буквально сковало ледяное спокойствие. Неожиданно стало плевать на всё на свете, хотелось лишь, чтобы всё поскорее завершилось. Именно потому, когда полуволк пристально посмотрел на неё и кивком головы указал на застиланную заячьими шкурами деревянную поверхность, ведьма уверенно подошла, с удовольствием отмечая, что поджилки больше не трясутся, предательски выдавая её волнение. Она сначала села аккурат посредине, а затем легла на спину, ощущая себя безнадёжным пациентом, ложащимся на стол врача, которому предстоит сделать сложную операцию, чтобы спасти неверящего в чудо человека. Кирон ничего не говорил о том, что прикрывать веки нельзя, потому Рита и поспешила это сделать. Впрочем, ненадолго. Стоило колдуну начать свой ритуал, как ведьма ощутила чудовищную боль. Крепко сжав челюсти, чтобы не заорать что есть мочи и не напугать и без того нервничающих друзей, девушка терпела, лишь из-под ресниц её побежали слёзы, которые сдержать была, увы, не в силах. Впрочем, они высохли моментально, не успев скатиться к ушам. Жар пламени высушил две солёные дорожки на лице ведьмы. Она распахнула веки, с ужасом созерцая, как вокруг полыхает неистовое пламя, пожирая всё вокруг. Казалось, что весь мир обуяли ужас и боль, поглощая всё то хорошее и плохое, что существовало в нём. Но как же так? Неужели у Кирона не вышло и по её вине погибло всё живое?