- Ээээ... - в тишине столовой прозвучала какая-то обидная заминка, - это конечно да, но... что можно было просить у императора целый час путем банального шантажа?
- Как что?! Чай, конечно! - наигранно удивленно воскликнула я. Все выдохнули, застонали от облегчения, потом от безнадежности, потом махнули на меня рукой, а потом, видимо, представили себе всю ситуацию целиком и в столовой грянул хохот. Обожаю веселье. И пока народ развлекался, я начала с довольной ухмылкой расписывать свое приобретение: - Редкий, дорогущий, как половина поместья, и вкусный на столько, что за него убить можно. Ну или шантажировать императора по коммуникатору. В конце концов, он сам дал мне свои координаты и сказал звонить, если нужна будет помощь. Такими предложениями не разбрасываются. Но по-моему, он меня заблокировал после этого разговора. Слабак. Ладно! Время! Ехали!
И, встав, я отважно повела свое войско в бой. Других ассоциаций у меня не возникло, ибо мужики, что шагали следом, были очень суровы и хмуры. На сердце немного потеплело: скучать будут. Остаться, что ли? Последний вопрос я произнесла вслух. Ответ мне озвучили хором. Так себе ответ, ребят. Появилось желание сделать им гадость напоследок за такой дружный вой, но от умиления их единством рука не поднялась.
Ангар встретил нас спешащими слугами, которые грузили мой багаж на борт. Вот и настал час прощания. Я обернулась к моим храбрым воинам. Было ли мне грустно? Нет. Было ли мне тоскливо? Нет. Хотела ли я что-то изменить? Нет. Едем - значит, едем. Уверена, что воспитывать тигренка будет весело. Нет, я не страдаю от мании величия, я ей наслаждаюсь!
- По прибытии обязательно позвони мне! - бодро сказал папа.
- Да, папочка. - я обняла родителя.
- По дороге веди себя хорошо, ни к кому не приставай! - сказал График не менее бодро.
- Да, папочка, - едко хмыкнула я, после чего ловко увернулась от подзатыльника и еще бодрее зашагала в сторону ожидающей меня летательной посудины. Вперед! К ВЕСЕЛЬЮ!
Итак, взойдя на борт, я пошла искать команду корабля. Будем знакомиться. Все они нашлись в одном месте, кажется, это была рубка управления кораблем, и кажется, они уже и так знакомились со мной. Потому что один из членов экипажа держал в руках планшет, на экране которого показывали мое интервью, за которое меня потом Дагон, мать его лорд, чихвостил полчаса. Остальные стояли вокруг него и внимательно следили за тем, что происходит на экране. Меня они не заметили. Подперев плечом косяк, я скрестила руки на груди. И это моя команда? О чем думал отец? О том, что кому суждено сгореть - не утонет? Дождавшись, когда ребята досмотрят видео, стала слушать, как они делятся своим, несомненно ценным, мнением обо мне.
- Полоумная какая-то. - первым кинул камень в мой огород офицер, судя по нашивкам на кителе, капитан нашего корабля, - Это ж пресса, а она такие вещи говорит. "Приз сезона", "неизвестно кому достанется"...
- Да, - поддакнул второй, судя по тем же нашивкам, это зам главнюка, - настоящие лорийки так себя не ведут. Позор!
- А как открыто она говорила, что рада замужеству? - у третьего я нашивки разглядеть не смогла, но вот морду запомнила. - Бесстыдница!
Меня уже потряхивало от едва сдерживаемого смеха, но я крепилась. Улыбку удержать не смогла, так что скалилась я во весь рот и решила осмотреться, пока мне перемывают кости.
Комната, где состоялся совет умников, была немаленькой. Передняя стена была сплошь из стекла, возле нее стояла приборная панель с миллионом кнопочек, лампочек и рычажков. Кресла с ремнями безопасности для команды. Металлические шкафы, в которых неизвестно что находится. Мужик, который отзеркалив мою позу и выражение лица, стоял у стены.
Среднего роста, худощавого телосложения, с короткими русыми волосами и цепким взглядом карих глаз. Встретившись с ним взглядом, я поняла, что он еще один член экипажа, которого я сразу не заметила. Судя по нашивкам, он наш техник. И мое пришествие он заметил с самого начала. Может, не все потеряно для этого корабля?
- Так и сказала, что рада? - не смотря на них, переспросил техник.
- Ага, прикинь, но зато сказала, что цветами занимается. Хоть в этом она нормальная.
Техник приподнял брови, молча спрашивая у меня: "Цветочки? Правда, что ли?". Я радостно покачала головой, отрицая свою к ним причастность. Тот показал мне большой палец. Одобряет, ага.
- Но, может, ее заставили так сказать? Все-таки надо быть совсем идиоткой, чтобы радоваться браку с ках-шахрастарским Зверем. - сказал техник команде и вопросительно поднял брови, глядя мне в глаза. Очевидно, вопрос предназначался мне.