А дальше все было как-то странно. Я стояла рядом с собой, лежащей на руках парня, и пыталась понять, что за хрень сейчас случилась. Я все-таки умерла?
Харон начал паниковать, он что-то кричал и тряс меня за плечи, но мое тело обвисло безвольной куклой. Я попыталась привлечь внимание парня, но... Я, блин, Каспер теперь.
Схватив меня на руки, парень бросился в здание, вышибая встречные двери ударом ноги. Попадающиеся на пути люди пытались узнать у него, что случилось, но он их будто не видел, целенаправленно несся к Танаилю. А мне вдруг так любопытно стало, чем дело кончится. И ни капли переживаний. Благодать. Где мой свет в конце тоннеля?
А за нами тем временем шла уже толпа народа. Они гомонили, пытались друг у друга узнать, что именно случилось, выдвигали версии происходящего. Иногда даже весьма забавные версии. Среди них было мнение, что Харон меня все-таки прибил из ревности к моему любовнику Криссу; что нас нашли федералы, их снайпер меня грохнул, и теперь готовится штурм борделя (вот "штурм борделя" заставил мою фантазию прям заискриться); что обморок - один из признаков беременности; что я укусила себя за язык и отравилась.
Вот на последнем предположении я и передумала искать свет в конце тоннеля, а пойти и поискать того, кто считает меня змеюкой ядовитой. И даже совсем не удивилась, увидев Эрика, который пытался пробраться сквозь толпу ближе к моему трупу, дабы удостовериться, что это реально труп. Из вредности захотелось воскреснуть.
А спасатель мой тем временем добежал до пункта назначения, выбив финальную дверь и перепугав лекаря.
- Она в отключке. - начал коротко излагать Харон. - Сначала работала со стихией, потом ее ауру стало рвать на клочки, я остановил ее колдовство, а потом она вырубилась. Не спасешь - рядом похороню.
Тан с жалостью посмотрел на угрожающего ему парня и молча приступил к осмотру моей дохлой персоны.
- Живая, - первое постановил лекарь. Уже не плохо! - и без ауры. Не понял. - мне показалось, что я даже смогла услышать, как натужно скрипят мозги черноглазого, который пытался понять, куда делать моя аура, если тело живое.
- Точно, живая? - кажется, Харону плевать на всякие там ауры.
- Точнее некуда. Не знаю, что она там колдовала, но... - Тан поднял серьезный взгляд на парня, - похоже, она лишилась магии. И я не знаю, когда она придет в сознание. Я мог бы попытаться помочь ей прийти в себя, но у меня нет почти никаких препаратов.
- Пиши список. - коротко бросил брюнет, вычленив главное в словах лекаря. Тот кивнул и, быстро подойдя к столу, начал писать, чего ему не хватает. Отложив ручку, протянул список Харону и вернулся к моему телу. А контрабандист побежал из здания со списком в руках.
Буду откровенна. Я до этого момента была уверена, что в случае чего никто и пальцем не пошевелит, чтобы мне помочь. И сейчас я зверски удивлена, что меня пытаются спасти, а не прикопать по-тихому. Может, боятся, что я выживу и буду мстить? Если очнусь, обязательно спрошу у длинноволосого, на фиг он решил меня спасать.
На этой позитивной ноте в помещение ворвались близнецы и Псих. Увидев тело на лекарском столе, они бросились ко мне и стали что-то орать, активно вытряхивая из меня остатки жизни. Вот! Я же говорила, что в случае чего, меня есть кому добить. Танаиль, заметив этот беспредел, отогнал всех от меня матом. Ух ты! Правду говорят, что врачи хуже строителей! И пока наш лекарь вводил моих друзей в курс дела, я тоже внимательно слушала его версию событий. А потом скривилась, она не выдерживала никакой критики.
Он считал, что я потеряла магию и от этого впала в кому, а на самом деле я потеряла тело. Угу, растеряша я. И вот я чувствую, что могла бы в него вернуться, но мне что-то мешает. Что-то, что как якорь для корабля, который волны безрезультатно толкают к причалу. И можно было бы прямо сейчас попытаться разобраться с этим, но мне хочется досмотреть, чем у них тут дело кончится. Почему-то я совсем не переживала, что могу больше не увидеть рассвет. Страшно терять то, что у тебя есть. Но я уже потеряла и ничего жуткого в этом не увидела. Наоборот, было дико любопытно, что там дальше будет со мной. А возможность вернуться к жизни виделась обременительной обязанностью.
Так вот. Пока я лежала без сознания, общественность всячески волновалась. Братья обещали оторвать голову Харону, когда он вернется. Крисс, стиснув зубы, молча смотрел на меня и держал за руку. Работницы мои сбились в кучку, не различая кто продажный, а кто поломойка, и нервно обсуждали, что же теперь с ними будет, и очень надеялись, что меня все же спасут, ибо я хорошая. Бойцы стояли отдельной компанией и молча наблюдали за происходящим. Они тоже не знали, что теперь с ними будет. Рон и Тал-Ашира стояли рядом, держась за руку, и пока один сжимал кулаки и скрипел зубами от бессилия, вторая пыталась что-нибудь придумать. Получалось у нее никак.