— Что все это значит?! — заорал император, бешено сверкая белыми глазами. Откровенно говоря, Далеон очень красивый мужик. Не был бы родней, лучше бы за него замуж пошла. Но сейчас он напоминал помидорку. Ну я, не будь Чиполино, и ответила ему.
— Приветствие шикарное. — ухмыльнулась я, проходя в кабинет. — Истинного императора прям от дверей видать. — Тот аж воздухом поперхнулся, и стал немножко менее красным.
— Тысячу лет жизни императору, — прошелестел испуганный отец, склоняясь в поклоне, но император его как-будто не видел.
Ясно, будем выяснять отношения. Обернулась к отцу.
— Пап, иди займись тем, о чем мы только что говорили. Я позже к тебе присоединюсь. — И что б вы думали? Отец взял и вышел. Мой авторитет как-то больше далеоновского.
— По какому поводу истерика, Величество? Уж не о моей болезни ли печетесь? — пройдя мимо агрессивного дядьки, села в кресло у камина. Вот как так, огонь горит, а не обжигает? Магия опять что ли? Очень интересно.
— Люмиеееррррраааа!! — голосил тем временем потерпевший. Оказывается мое имя подходит, чтоб его рычали. Но… не впечатлил. Знаете почему я такая храбрая? А я один хрен ему нужна живая и красивая, ибо свадьбу никто не отменял.
— Вот сейчас, прежде, чем вы начнете портить мне настроение своими явно не джентельменскими высказываниями, я хочу чтоб вы подумали вот о чем. Если бы я потеряла магию на самом деле, стали бы мы с отцом молчать? — Далеон замер, заметив мой насмешливый взгляд и окончательно принял нормальный цвет лица. Кажется дошло до Величества. — Да-да, дядюшка. А теперь сделайте милость, пожалуйста, и расскажите мне о причине, которая побудила вас ускорить мою свадьбу с Айданом.
Это было рискованно. Если бы я повела себя иначе, он мог бы начать думать. И тогда смог бы придумать, например, испытание. Благо цветов в его кабинете достаточно. И ведь я не соврала. Императоры они ж чувствительные, как полиграфы. Магия-то у меня есть, а вот какая — это дело третье.
Далеон прошел к соседнему креслу, уселся и устало прикрыл глаза, откинувшись на спинку.
— Шахрасы с презрением относятся к тем, кто потерял магию. Они называют их лишенцами. Ускорить свадьбу — это все, что я успел придумать, что бы избежать скандала и расторжения помолвки. Нам очень нужен этот союз. Винсарот становится все большей угрозой.
— А почему огонь не обжигает? — я уже наполовину была в камине в поисках разгадки, когда услышала позади смешок правителя.
— Это иллюзия, Юми. — я удивленно обернулась.
Сидит и улыбается как мальчишка, даже залюбовалась. На сколько он старше? Лет на десять, не больше. Жаль, что родня. Вылезла из камина, поправила платье и задрав нос, чопорно произнесла:
— Нет причин для беспокойства, Ваше Величество. Все пройдет по плану. а теперь позвольте откланяться. — и ухмыльнувшись, добавила, — Нам с папой еще шпионов ловить.
Левая бровь императора поползла вверх.
— Каких таких шпионов? — непонимающе спросил он.
— О! А слона-то вам и не донесли. Меня уже месяц прибить пытаются, вы в курсе? — по округлившимся глазам поняла, что не очень.
— Короче, суть в том, что Визар против объединения и за мою скоропостижную кончину. Мы в особняке на осадном положении. Но где-то внутри есть крыса, которая все докладывает в Сатеон. Если не успеем найти до отлета, то скорее всего свадьбы не будет. А вот похороны вполне вероятны. Конечно, если у вас нет еще какой-нибудь невесты на примете. Нету же? — задумчивый император отрицательно покачал головой.
— А ты изменилась, — Далеон как-то странно на меня посмотрел, — твоя мать была такой же.
За все это время я ни разу не услышала ни от кого ни единого упоминания о ней. Своих воспоминаний у Люмиерры не было, а спрашивать сама я не стала. Не за чем было. И вот вам здравствуйте, похожа.
— А как же было не измениться? — кривая усмешка поползла по губам, — Мы там, между прочим, практически на военном положении, можно сказать строем ходим. Сопли рапускать нам некогда. — я развела руками.
Император громко рассмеялся.
— Я понял. — Серьезно сказал он, отсмеявшись. — Помощь нужна? — а в глазах черти пляшут. Хорош заррраза.
— Справимся, Ваше Величество. Пойду я?
— Иди, — он встал и подошел к столу. Взяв какую-то картонку протянул ее мне. — Если что-то будет нужно, обращайся, Юми.