Провела она эти дни в Дичи в нашем поместье, в свое удовольствие. Было ощущение, что нуна скупила все что можно в каждом магазинчике; посетила каждую таверну столицы. Я предлагал ей вернуться домой, не дожидаясь окончания учебы, но она категорически отказалась.
«Если я сейчас уеду, мне придется выслушивать длинные и бессмысленные нотации дураков, которые меня совершенно не понимают, – рассуждала она. – Это крайне утомительно».
Я понимал, что никогда еще она не испытывала такого фиаско. Сестре всегда удавалось добиться желаемого. Поэтому я оставил ее в покое, закрывая глаза на все выходки.
А потом она действительно уплыла. Я думал, что домой…
И каково же было мое удивление, когда мы встретились недалеко от берегов Тигона. Сунсик тогда уже перебрался на свой корабль, и не видел в каком виде была Соён. А для чего она здесь, даже не поинтересовался (ты же знаешь о сложных взаимоотношениях между ними).
Я видел свою нуну в таком состоянии первый раз в жизни. С детских лет она жила только в своем собственном мире: в мире вседозволенности, но любви и отцовской опеки.
Когда она поднялась на борт, ее невозможно было узнать. Всегда безупречная Соён предстала передо мной в рваном ханбоке, с запутанными волосами, босая. Ее сильно трясло. Она ни на чем не могла сконцентрироваться: глаза бегали так тревожно, будто ищут что-то потерянное. А голос как никогда был тих и дрожал…
Пытаясь привести ее в чувство и немного успокоить, наш маг применил заклинание. После этого, подняв на меня уже осмысленный взгляд, нуна впервые на моей памяти заплакала...
Немного успокоившись, она поведала что произошло. Бессвязные слова «Я не знала…», «Я не хотела…» постепенно перешли в осознанный рассказ.
От нее я узнал, что вы с братом точно находитесь в замке «Врат пурпурного Феникса», но как туда пробраться она не могла сказать.
Соён рассказала мне как познакомилась с Главой Ордена.
Несколько лет назад, на празднике ей представили адепта какой-то школы. Позднее она узнала, что это был «Орден Слёз». Ким тогда еще не был Главой, но горячим фанатизмом уже отличался. Вглядевшись и вслушавшись во все, что предлагал ей недавний знакомый – новые блага, новые откровения, она с удивлением увидела, как гармонично это все сочетается с ее желаниями. Таинственность и риск еще больше подкупили ее. Лет десять эти двое общались очень тесно: регулярная переписка, встречи при каждом посещении империи Янсун. А приобретя статус Главы Ордена, Ким стал для нее практически небожителем. Семена всех этих новых идей проросли и дали крепкие всходы. Соён была готова выполнить любой приказ, даже не спрашивая о причинах и, тем более, последствиях.
Соён помогла Главе с вашим похищением. Наградой за содействие должен был быть ты. Став твоей женой, она рассчитывала в будущем завладеть Магическим Жезлом. Каким образом? Так далеко она не заглядывала, хотя смерь Хранителя, не исключалась.
Делай выводы, Джэ!
Лишь попав в замок «Врат пурпурного Феникса», покров иллюзий спал. Она увидела Нингё, и почувствовала себя такой же марионеткой, которая не контролирует свои мысли и желания. Что ждет ее дальше? А если Глава не пощадит и ее, и обратит в Нингё? Нингё уже мертвы. Это просто телесная оболочка без души. Они скоро превратятся в прах и не смогут возродиться вновь?..
Тебя с братом она сначала вообще не узнала.
«Как можно так жестоко истязать людей? Тем более Глава – родной брат Джэсока! И что можно ожидать от этого чудовища, когда перестаешь быть для него полезной?» – снова задалась вопросом Соён.
Ее будто окатили ледяной водой и привели в чувство! И она решила, что должна все рассказать и спасти вас.
«Для этого она и поплыла к нам навстречу», – так она объяснила свое появление здесь.
Друзья посмотрели друг на друга, и в глазах как одного, так и другого, читалось сомнение и недоверие к таким объяснениям принцессы.
Свой рассказ Шинхо закончил просьбой Соён «передать слова раскаяния», адресованные Джэсоку:
«Я знаю, брат, вы обязательно что-нибудь придумаете для спасения Паков! Я сожалею обо всем, что натворила! Когда освободите их, попроси за меня прощение, хотя точно этого не заслуживаю. Я совершила большую ошибку – не знала что сама стану одержимой. Передай им, чтобы помнили – они преодолели много трудностей! И пусть не повторяют моих промахов. Мне очень, очень жаль…»