Пак был впечатлен размахом праздника. Нежные голоса и хриплые возгласы; песни и барабаны; крики вдали; смех и аплодисменты наполняли ночной город. Лукавая таинственность масок, блеск глаз, развивающиеся цветные одежды, взмахи бутылок и кубков, звон колокольчиков, хохот и визг – таково было всеобщее безумие.
В то время как Джэсок продвигался сквозь толпу, он стал объектом множества предложений. Ему предлагали выпить, слиться в поцелуе, сыграть в кости, сразиться в поединке, совершить покупку. Женщины непрестанно стремились вовлечь его в зажигательные пляски, чтобы он разделил с ними эйфорию праздника.
Публика дурачилась, приплясывая, хохоча и крича. Свет был ярок и ослепителен, как в плену пожара. Проходя мимо очередной веселой компании, таинственная девушка перегнулась к нему через перила веранды, и тихо прошептала: «Marry me» – А после сконфуженно засмеялась, исчезла…
«Непонятный иностранный язык!» - подумал Джэсок и поспешил выйти на центральную улицу.
+ + +
Протяжный звук рога накрыл столицу, словно невидимые рупоры были размещены по всему городу. Это не был тревожный звук, нет, мурашки побежали от нахлынувшего состояния величия. Гул стоял в ушах еще некоторое время, постепенно сменяясь гомоном толпы.
Полночь. Началось карнавальное шествие.
Маски на любой вкус и цвет двинулись единым строем в сторону главной площади. Никакого столпотворения, будто невидимый дирижер то ускорял, то убавлял ход. Рассматривая счастливую шумную толпу, Джэсок чувствовал на себе пристальные взгляды, но когда оборачивался, никого подозрительного не замечал. Ни паники, ни тревоги он при этом не испытывал, поэтому не обратил на свои ощущения никакого внимания. В столпотворении он заприметил красный ханбок, но рассмотреть человека не успел – тот быстро затерялся в толпе. И теперь Пак время от времени окидывал взглядом людей, надеясь снова встретить земляка.
Людская лавина приближалась к Месту Силы империи Янсун.
На площади, на большом постаменте возвышался золотой Сфинкс. Он держал в лапе Артефакт стихии Земли – Гуан. Джэсок мечтал его увидеть воочию, ведь много читал о нем. Золотой самородок, не больше кулачка ребенка, давал такое свечение, что казался не меньше метра в диаметре. Сфинкс переливался золотом, а над ним искрился шар, словно огромная шаровая молния. Искры падали на статую, в знак проливающихся с неба милостей судьбы; и огни отскакивали на проходивших мимо людей, заряжая их «благодатью».
После пройденной церемонии толпа рассыпалась на множество маленьких групп, которые продолжали колесить по столице.
Джэсок, при попадании на него искр Гуана, испытал необычные чувства – словно напитался магической Энергией. Он ощущал себя способным снести любые горы на пути. Джэ стоял посреди площади, глядя на падающий дождь из огоньков, наслаждаясь ощущениями внутри себя. В этот момент парень ничего не видел и не слышал.
Когда Джэсок опустил голову, его взгляд остановился на нефритовом Сфинксе, закрепленном на поясе. Амулет рассеивал искры подобно императорскому Артефакту Гуану. Однако эти искры не падали на землю а, словно живые, уползали по бедру юноши, сливаясь в единую алмазную змейку, которая скользила вниз по его ноге.
Джэсок застыл на месте, боясь нарушить это гипнотическое движение, желая прочувствовать и запомнить эту Энергию. Он завороженно наблюдал за удивительным зрелищем, впитывая Магию каждой клеточкой своего тела.
Его ненароком толкнули и вывели из оцепенения. Искры исчезли…
+ + +
Свернув в небольшой проулок, Джэ перешел на соседнюю улицу, по центру которой протекал широкий ручей, а с двух сторон тянулись пешеходные дорожки. Магазинчики и таверны призывали заглянуть прохожих распахнутыми окнами и дверями. Это были по большей части двухэтажные деревянные постройки, обнесенные навесами веранд и балконов, где вовсю веселились люди.
Речку на всем протяжении пересекали нависшие арочные мостики, соединяя две стороны улицы, а гладь воды была усеяна лодочками, полными пассажиров. Со всех сторон звенели каягымы [8], были слышны смех, пение и крики. Кораблики сияли фонарями и были осыпаны белыми лучистыми точками световых иллюзий. На одной из лодок, освещенной, как при пожаре, даже вертелось, рассыпая искорки, огненное колесо.
Джэсок поднялся на мостик и с восхищением наблюдал за вереницей ярких суденышек, проплывающих мимо. Их было так много, и они были настолько разнообразны, что глаза разбегались от увиденного. Внутри лодочки были обтянуты цветным бархатом и шнурами, снаружи украшены резьбой и позолотой. Управляли ими мужчины в белых, как снег, ханбоках, перевязанных поясами ярких цветов. Все это представляло взору картину истинно обворожительную. Многие лодки украшались фигурами различных животных (от драконов до тигров и фениксов) и представляли такое мистическое зрелище, что казалось, плывут по водному зеркалу загадочные необычные существа.