– Конечно же, нашу победу! Что еще? – самодовольно воскликнул Хансок.
Рассудительный (ничто его не берет, никакое количество) Кёнин, практически за шкирку оттаскивал каждого желающего посетить «Женский монастырь», и довел всех в целости и сохранности до «дворца».
+ + +
Парни, наконец, угомонились и легли спать. В комнате, естественно, темно, но глаза немного привыкли к ней и что-то видят. Разговоры уже затихли, подкатывал сон.
Вдруг открылась дверь и в комнату из освещенного коридора вошла девушка как к себе домой. Понятно, что ошиблась, с кем не бывало. Не включая свет, дабы не побеспокоить спящих или засыпающих подруг, девушка начала раздеваться, скидывая одежду прямо на пол.
Сон, а заодно и опьянение у всех как рукой сняло. Кёнин ее узнал. Это Джиха, магичка третьего курса Стихии Природы, они часто с ней пересекались на занятиях.
«Даже я себе такого не смог бы позволить», – подумал Хансок.
Все, затаив дыхание, буквально вросли в койки, боясь пошевелиться.
У всех на уме главный вопрос: «К кому? Кто тот счастливец? Эх, надо было все же свернуть на огонек в «Женский монастырь!»
Девушка закончила раздеваться, оставаясь в одной рубашке. Остановилась посреди комнаты (вот она, решающая минута!), сладко так потянулась и промурлыкала:
– Ой, девки, любви-то как хочется!
... И парни сломались. Дикий хохот разорвал тишину. Хансок повалился на пол…
Кто-то сквозь смех начал икать…
Джиха метнулась вон из комнаты.
Потом тут же вернулась, сгребла вещи, и убежала…
А парни еще долго ничего не видели из-за текших в три ручья слез…
✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏
[34] Соджу – традиционный корейский напиток крепостью от 13% до 45%. Существует два вида соджу: традиционный из риса, ячменя или сладкого картофеля и современный из сахарного тростника
Глава 19 Дуэль между признанными талантами - непрерывная борьба
Итак, завтра магическое состязание.
Что на этот раз может пойти не так?
Вспоминая все злоключения, произошедшие за последнее время, Джэсок испытывал непреодолимое желание выразить «глубочайшую признательность» и жестко наказать всех тех, кто приложил руку к этим событиям. Узнать бы только всех этих затейников.
К вечеру, чтобы снять начинающуюся, непонятно отчего, тревожность (проще говоря мандраж), Джэсок поднялся на излюбленную башенку. Обнаружить Шинхо в этом месте было вполне предсказуемо. Мун также не был удивлен этой встрече.
– Джэ! – будто в продолжение прерванного разговора, тут же обратился к другу Шинхо. – Ты не замечал, что на крыше этой башни с недавнего времени кто-то живет? Сначала я подумал, что летучая мышь, но это какой-то лохматый зверек, что вылетает не только ночью. Не знаешь, кто бы это мог быть?
Тишину разорвал неудержимый заразительный смех Пака. Пока Мун недоуменно на него смотрел, парень присел, не в состоянии уже стоять на ногах от непрекращающегося хохота. Держась одной рукой за живот, а второй показывая Шинхо чуть-чуть подождать с разъяснениями, Джэсок никак не мог остановиться…
Вволю насмеявшись, он смахнул выступившие слезы и начал рассказывать:
– Извини, хён! Я понимаю твою реакцию. У меня была точно такая же, когда Хансок катался по полу и бился в конвульсиях, прежде чем начать эту историю. Это все Ли Юми.
– Подружка Хансока, что постоянно с ним собачится? – заинтересованно спросил Шинхо.
– Да, да. Она родимая! – подтвердил Джэсок, энергично кивая, – недавно, в ее группе проходило занятие в лесу неподалеку от столицы. А возвращаясь в Академию, она нашла больного тушканчика и, естественно, притащила в свой «монастырь». Чтобы не было претензий от соседок, спрятала его под полом в комнате.
Месяца три она его выхаживала и лечила, заботилась, поила и кормила. А этот гад, как только оклемался, начал таскать еду с кухни и делать запасы. Выяснилось это совсем недавно. Знаешь, ведь, что под полом во всех наших домиках проходит система отопительных туннелей, соединяющих их с печкой на главной кухне. Так вот, эти проходы в трех общежитиях были полностью забиты припасами, которые со временем начали попахивать. Девчонки не могли находиться в своих комнатах, и даже Магия уже не спасала.
Как только преподаватели узнали об этом, Юми пришлось несладко. Она была вынуждена без использования Магии, в качестве наказания за свою неосмотрительность и беспечность, вскрывать все воздуховоды и очищать их от продуктов.
Шинхо, представив эту картину, начал уже посмеиваться.
– Но самое интересное то, – веселясь продолжал Джэсок, – что у тушканчика как-то вдруг выросли крылья. Расправив новые конечности, он запрыгнул на подоконник, осмотрелся и… улетел, помахав кисточкой-хвостом на прощанье, вырвав из волос Юми ее любимую заколку. Последнее, что сказала Юми, грустно глядя вслед удаляющейся фигурке: «Да… Это был не тушканчик… Это хреновина какая-то!»