Сбитый с толку мозг, после пробуждения, требовал хоть немного времени на осмысление. Пак каждый раз блуждал взглядом по комнатке, прежде чем мог сообразить, где он находится.
Джэ отказывался от еды и воды. Но иногда, используя Руну Подчинения, у похитителей получалось его покормить насильно.
Однажды Джэсок вышел из сна, когда за окном бушевал шторм. Ему казалось, что все это происходит не с ним, не наяву, а в каком-то полусне. Ветер из открытого окна порывами доносил запах моря, а неспокойные волны вздымались так высоко, что внушали страх. Страх был не за свою жизнь, нет, а за то, что люди, которых он любит вот-вот исчезнут из его жизни. А дождь лишь усиливал подавленное настроение...
На палубе царила суета, беготня; были слышны шаги, крики команды, и непременно властный твердый голос Главы. Несколько раз в день Глава заходил к нему в каюту. Но за все это время, он ни разу не обмолвился с ним и словом. Пристальный взгляд черных глаз постоянно стремился что-то в Джэсоке рассмотреть.
Пак же, за эти короткие встречи внимательно изучал Главу Кима – его так звали приближенные.
Мужчина был хорош собой. Высокая фигура и благородная осанка выигрышно подчеркивались черным, без каких-либо украшений ханбоком. Лишь на перевязи ярко сверкал золотом большой медальон в виде Феникса с распростертыми крыльями. Красивые мужественные черты, с довольно заметными скулами и узкими глазами излучали надменность и высокомерие. Длинные черные волосы чаще всего были собраны в высокий хвост и фиксировались золотым зажимом, но иногда пряди свободно струились каскадом.
Глава был постоянно на взводе, раздражался по любому поводу, выплескивал свой гнев на любого, кто попадется ему на пути. Несколько раз Джэ был свидетелем неудержимых приступов ярости. В такие моменты Глава практически полностью терял контроль над собой, был готов испепелить каждого. И по его тону становилось понятно, что это не просто угрозы. Джэсоку даже казалось, что тот с легкостью может скинуть кого-то за борт.
+ + +
Широко раскрыв глаза от изумления, Джэсок чувствует, ощущает все свое тело. Он двигает и руками и ногами. Они и поднимаются, и опускаются.
– Что случилось? – до конца не успев проснуться, удивляется Пак.
Ошеломленный он разворачивается к двери. В проеме стоит Глава Ким и считывает его реакцию.
– Пойдем, – бросает мужчина и выходит.
Джэсок с трудом поднимается с кровати. Затекшие конечности дают о себе знать. Сколько времени он провел в постели неизвестно – Заклинание Обездвиживания с него сняли первый раз за все это время.
Выйдя на палубу, Джэсок всей грудью вдохнул густой запах ночного моря. На палубе было тихо, команда отдыхала. Лишь на капитанском мостике слышались приглушенные голоса.
– Можешь не спрашивать куда? И зачем? – начал Глава. – Скоро сам узнаешь. Мы в открытом море, до ближайших островов вплавь не добраться, сильное течение. Я могу больше не накладывать на тебя Заклинание, но ты должен пообещать выполнять некоторые условия.
– Какие?
– Ты должен есть и не выходить из каюты без разрешения.
– Согласен, – даже не думая выпалил Джэсок.
Свобода, хоть и ограниченная сейчас важнее принципов.
Джэсок стоял на корме рядом с Главой и смотрел прямо вперед, сдвинув брови. Ночной ветер трепал волосы. В его сознании вихрем проносились разнообразные мысли, беспорядочно переплетаясь.
Гнев на человека, стоявшего рядом, поднимался в его груди с каждым днем все сильнее, и Джэ не без труда подавлял его. Он не собирался сбегать с корабля. Теперь ему просто необходимо выяснить, куда они плывут. Джэсок чувствовал, что его похищение связано с остальными случаями пропажи людей, и ему надо с этим разобраться.
– На сегодня достаточно, – произнес Глава хрипловатым, чуть утомленным голосом, который придал его суровому облику некоторую человечность.
Проводив парня до каюты, закрыв дверь, он удалился.
Джэсок услышал, что к нему приставили охрану.
Он лег в кровать, но заснуть был не в состоянии. В уме проносились детали происшествия. И, наконец-то мозг смог заработать в полную силу, что-то проанализировать. Поднявшись с кровати, и подойдя к окну, надеясь увидеть рассвет, Джэ окунулся лишь в черноту ночи. Темное, затянутое тучами небо переходило в такое же угрюмое море. Ни звезд, ни луны, лишь шум волн в темноте. Постепенно вид чернеющего моря стал проникать в сонный рассудок, столько дней затянутый Магией… и Джэсок немного погодя уснул.
Утром на столе он обнаружил завтрак, который попытался съесть, но весь не смог осилить.