Гален Дубелл поднялся на возвышение и опустился на табурет, который поставил ему слуга. Роланд задал вопрос, и ответ чародея заставил его расхохотаться. Томас повел взглядом поверх толпы, отыскивая Дензиля, и обнаружил его занятым разговором с мужчиной, которого капитан гвардейцев не знал. Собеседник Дензиля, темноволосый и остролицый, невзирая на изысканное парчовое одеяние, явно чувствовал себя не в своей тарелке. Смущение, возможно, вызывалось не высшим обществом: в этом зале находились почти все денежные мешки города, прихватившие с собой все раздоры и старые счеты, которые следовало уладить. Но нечто в позе этого человека, в том, как он поворачивал голову, заставило Томаса подумать, что человек этот рассматривает собравшихся с особой опаской.
Если это был новый советник Дензиля, то в последних отчетах о его назначении не упоминалось. Ну а если шпионы, получавшие плату за особое внимание к Дензилю, начали брать деньги от герцога и утаивать некоторые подробности, тогда на следующее же утро на шестах возле Принцевых врат появятся новые головы. Но в таком случае человек этот не может явиться запросто во дворец. Возможно, это всего лишь знакомый, подумал Томас. Однако рано или поздно Дензиль вовлекал в свои козни любого знакомого.
Наконец Дензиль направился к возвышению.
— Ну, начинается, — негромко заметил Томас, обращаясь к Равенне.
Когда герцог Альсенский отвесил поклон вдовствующей королеве, она ответила ему ласковой улыбкой и изящно кивнула.
Дворецкий ненавязчиво привлек внимание короля и отступил в сторону, предоставляя герцогу возможность поклониться Роланду.
— Приветствую тебя, кузен, — произнес король, обнаруживая самую прискорбную радость при виде старшего родственника.
С нужной степенью театральности Дензиль улыбчиво проговорил:
— Ваше величество, беда грозит моему дому.
Захваченный врасплох Роланд ответил:
— Но ты же говорил мне, что твой дом здесь?
Томас вздрогнул. В голосе Роланда слышались вполне определенные нотки ссоры между любовниками и не было интонаций государя, желавшего осадить зарвавшегося лорда; придворные, оказавшиеся возле престола, притихли, чтобы послушать.
Дензиль мгновенно поправился:
— Это так, ваше величество, но я говорю о том крове, которым располагаю в Бель-Гарде.
— Генерал Вийон докладывал мне об этом. Но такая крепость нарушает мой эдикт, поскольку стены поднимаются выше чем на двенадцать футов. — Роланд явно чувствовал себя неуютно. — Они будут осторожны в перестройке, и вид на окрестности даже улучшится.
— Ваше величество, это дом моих предков. Эти стены защитили не одно поколение членов нашей семьи и знаменуют собой символ верности короне.
— Я предоставлю тебе в порядке компенсации другое поместье. Скажем, в Терребанке есть такое, что…
— Кузен, меня волнует судьба Бель-Гарде.
Тщательно рассчитанная невыдержанность, просящее выражение на лице все свидетельствовало о власти герцога над молодым королем. Томас уже видел, что Роланд дрогнул. Король промолвил:
— Ты — мой доверенный советник.
Дензиль поклонился снова:
— Я самый верный слуга вашего величества, и моя преданность нуждается в защите стен Бель-Гарде.
Тут Гален Дубелл, остававшийся забытым возле короля, что-то сказал Роланду. Король мгновение глядел на него.
Дензиль усмотрел в этом жесте нечто тревожное для себя и, пожалуй, чуточку резче, чем следовало бы, спросил:
— Что такое, сир?
— Интересное соображение. Зачем вам нужна крепость, сэр, коли вы находитесь под моей защитой? — резко ответил Роланд.
Напряженность в голосе короля заставила притихнуть все разговоры вокруг престола и остановила перо Равенны. Дензиль медлил с ответом, глядя на своего кузена. Наконец сделал изящный поклон:
— Я нуждался в ней… чтобы подарить ее вам, сир.
После недолгого молчания придворные, переварив новость, разразились одобрительным ропотом и аплодисментами.
— Сколь восхитительный жест! — громко воскликнула Равенна.
— Я принимаю ваш дар, — радостно сообщил Роланд. — Мои лучшие архитекторы украсят ваше поместье великолепными садами, и я верну его вам преображенным.
Раздались новые аплодисменты. Равенна сложила недописанный приказ и передала его Томасу:
— Бель-Гарде понравится мне куда больше, когда вместо стен там появится новый парк.