— Воевода Бранибор просит вашей помощи, — перекрикивая шум сражения, потребовал парень. — Нам нужно закрепиться на стене как можно быстрее! Государь торопит! Нельзя ль что-нибудь сделать?
— Отчего ж нельзя, — подышал на замерзшие ладони друид. — Можно. Скажи воеводе, что мы сделаем все возможное.
Когда посланец убрался откуда пришел маги переглянулись.
— Ну что, вроде как моя очередь? — Шагельд поднял посох к небу и закрыл глаза. Навершие насытилось янтарным светом, обретая пугающую темную глубину. Годун с интересом пытался понять принцип работы напарника. Магия друидов темная и непознанная, предстала на поле боя в облике призрачной твари, что отделилась от посоха и в полете набирая размер, полетела к стене. Сначала крохотная как синица, потом заяц, после собака и наконец подлетая она могла поспорить размерами с годовалым бычком. Тварь, похожая на птицу с острым непропорционально длинным клювом на облезлом черепе, высокомерно проигнорировала брошенные в нее копья и пронзительно крикнув, так что похолодели сердца не только защитников, но и нападающих с раскрытым клювом ударилась о камни парапета. Расплываясь по обозначенном огнем участке туманом, заплетающим несколько десятков человек одновременно.
Жилы по всему телу Шагельда болезненно набрякли. Из горла рвался низкий животный хрип, а полураскрытые глаза белесыми бельмами управляли происходящим. Черные доспехи защитников под туманными щупальцами мялись как хлебный мякиш. Ломались кости, лопалась кожа, брызгала кровь. Сила духов рвала и выжимала людские тела, как перезрелые фрукты.
Пользуясь таким положением дел на участок выкарабкались первые воины. Друид задрожал с усилием удерживая шевелящиеся щупальца под контролем — очевидно близость живых притягивала духов-губителей. Бельма неожиданно налились кровью, а Шагельд закричал нечто непонятное человечьему уху, буквально приподнимаясь в воздух на две-три ладони. Туман нехотя-нехотя выпустил останки панцирников и лучников, впитываясь в кровавую влагу, а затем стену.
На участке завязался ожесточенный бой, где воины то и дело оскальзывались на крови, бодаясь за право удержаться. Защитники были вынуждены ослабить другие участки и спешить на замену павших собратьев. Мечи вонзались в слабые места куяков, а цепы ломали конечности — на выучку и жестокую мощь малочисленных солдат Дракона, сражающихся до последней капли крови нападающие отвечали звериной яростью. С криками они израненные продолжали кидаться на панцирников, словно хищники, защищающие свое логово. И вот их разбавленные силы преумножили — на стене замелькали чешуи гридней. Славные ратники из дружин Бранибора, Молотеева и других знатных военачальников с мечами в руках доказывали свое право называться лучшими. Светлые серебристые клинки с травленными на гардах знаками Пантеона и родовыми узорами начали свою кровавую жатву.
Таран с шумом в который раз ударялся от колыхающиеся створки врат, под натужные вскрики сменяющихся ратников. Со стены вновь полетели стрелы — хотя и не так обильно как ранее, они тем не менее находили свои жертвы. Коротко застонав один из телохранителей магов, в строю щитоносцев упал, накрывшись своим щитом. Стрела угодив в неосторожно поднятую голову, пробила череп. Еще один получил срезень в ногу и завопив грянулся рядом с покойником, зажимая хлещущую из разреза кровь.
Друид, до этого момента сидевший как в беспамятстве на холодном снегу, открыл глаза.
— Силен ты, брат, — заметил поглядывая на него Годун. — Уж не знаю, что это за страхолюд был, но теперь-то наши стену захватят точно.
— Стена пустяк, — слабо ответил Шагельд, опираясь на полностью угасший посох. — Что нас ждет за нею, хотел бы я знать.
… Наблюдая с безопасного расстояния за штурмом бастиона я про себя аплодировал выпадам моих «коллег». Пауки Годуна и Душитель Шагельда фактически обеспечили им быструю победу. Несмотря на более чем пятикратное превосходство шайки Яромира над наемниками, которые вынужденно защищали Цитадель её стены было бы совсем непросто покорить исключительно человеческими усилиями.
Милош отбыл в ставку Яромира, за Первой Заставой, где наверняка прохлаждались и гости из Брайдерии. Хотя не могу не признать, что когда зажигательные смеси алхимика буквально зажгли стену, оплавляя камни и сжигая сталь защитных пластин ворот, я крайне удивился. Охваченные пламенем, под ударами тарана ворота готовы были в любой момент рухнуть.
Люторад стоял рядом. Башенные орудия оказались захвачены и нужда в отбивании снарядов отпала. Находясь в центре гигантского человеческого скопления, под присмотром вековых громад, я ждал. Ждали и силы, зажатые земными пластами, готовые в одно мгновение распрямиться подобно гигантской пружине. И превратить все живое в неживое. Исправить одно мельчайшее различие в природе, и заполнить ущелье трупами. Тольяр, Велари, продажные советники, наемники. Я добился того, чтобы вывести из Цитадели всех кто был мне важен. Теперь я ждал возможности броситься вперед, чтобы покончить со всеми ними в одно мгновение, когда…